Нежный плен

И этим было все сказано. Нельзя требовать от неё то, что под силу мужчине. И все равно, глядя на то, как Годива стоически пытается скрыть свою боль, Леонардо, против своей воли, ощутил к ней что-то, близкое к уважению.

Закончив промывать раны, мужчина достал из небольшого сундучка склянку с полупрозрачной жидкостью. Он предельно тщательно смазал ей колени девушки и произнес:

– Эта целебная настойка поможет быстро затянуться твоим ранам. Держи ноги в сухости и чистоте.

Она качнула головой и, прошептав: «спасибо», спешно спрятала ноги под юбкой платья.

Левой рукой подтянула свои чулки – глянула – испорчены, порваны. Придется выкинуть. В чем ей теперь ходить? Как быть? Что делать? Все вопросы стали давить на сознание девушки. Годива, сжавшись в комок, пыталась прогнать внезапно подкатившую тоску.

Леонардо, ни слова не говоря, вышел из палатки. Сколько его не было – девушка не знала. Утомленная переживаниями этого дня, пленница погрузилась в дрему. Вроде бы, и не спала полностью, но и ощущения были такие, будто душа её уже не здесь.

Еще чуть-чуть, и провалилась бы в объятия глубокого сна.

Что-то упало на пол. Девушка, чуть приподнявшись, посмотрела вперед, в поисках причины грохота. Внизу лежала кольчуга, над ней возвышался Леонардо. Мужчина, стоя спиной к пленнице, раздевался. Теперь полетел вниз подкольчужный кафтан. Глазам Годивы предстало полуобнаженное мужское тело. Она затаила дыхание. Видеть полуголого мужчину приходилось ей впервые.

Сильные, натренированные мышцы перекатывались под смуглой кожей, пока Леонардо протирал себя смоченной в воде тряпкой.

Эти руки… Годива задержала на них взгляд. По-мужски красивые, внушавшие какой-то странный трепет и сладкий страх. Она помнила их. Даже спустя столько лет, Годива помнила их, а недавнее пребывание в вынужденной близости с Леонардо лишь усилили эти воспоминания. И тогда, и сегодня, она ощущала себя в безопасности.

– Сколько тебе лет? – грубо бросил мужчина, подхватывая вещи с пола и закидывая их в сторону.

Снова раздался приглушенный шум.

– Семнадцать, – аккуратно обхватывая себя за ноги, ответила Годива.

– Юный ягненок попал в лапы льва, – окинув, через плечо, задумчивым взглядом девушку, многозначительно заметил мужчина.

Пленница сдавленно сглотнула. Во рту все пересохло. Она до конца не понимала всего того, что скрывалось во фразе Леонардо, и только внутреннее чутье шепнуло ей, что стоило бы быть осторожнее.