Золотая орда. Восхождение

Я надела наушники, включила знаменитую, до дрожи пробирающую рок-балладу, и начала их слушать. Уже на втором предложении я стала подпевать им, но этого мне оказалось недостаточно, и я, как и в дозамужние времена, принялась танцевать, при этом продолжая петь (не оглушительно, конечно, но все же).

Я так отдалась своим чувствам, так парила, что совсем не заметила, как оказалась в комнате не одна. Сильные, теплые руки легли мне на бедра, прижимая к мужскому, разгоряченному, после бани, телу.

Я знала – это Тимур. Но я не стала оборачиваться, а продолжала тихонько петь и чувственно (по крайней мере, я ощущала, что мой танец был полон чувственности) танцевать. Мой муж сжал меня сильнее, и стал двигаться позади меня. Мое тело обдало обжигающей волной страсти – я никогда не думала, что от одного танца можно получить столько огня и наслаждения. И еще – я и не знала, что Тимур может так танцевать. Правду говорят: танец это вертикальное выражение горизонтального желания.

Когда обжигающие ладони моего мужа поползли вверх, я, не выдержав, повернулась к нему лицом. Меня тут же встретили его горящие, потемневшие от страсти, глаза. Его взор – такой одурманивающее – тяжелый, прошелся по моему лицу и остановился на губах. А затем, Тимур поцеловал меня медленным, всепоглощающим поцелуем. Его горячий, влажный язык проник ко мне в рот, дразня меня. Я обняла мужа за крепкую шею и прижалась к его полуобнаженному, распаренному телу.

Я ощутила, как он улыбнулся – его губы дрогнули, и я, чуть отстранившись, посмотрела на Тимура.

– Какая ты сладкая, – с легкой хрипотцой в голосе, произнес он. Моя кожа тут же покрылась мурашками от его слов, и от того, как Тимур это сказал.

– Хорошо попарился? – невинным голосом поинтересовалась я, понимая, что нам обоим нужно остыть.

– Продуктивно попарился, – отозвался Тимур, пройдясь теплыми губами по моей шее, – только, джаным, я бы и с тобой, вдвоем хотел бы попариться.

Вот бы я попарил тебя…

Я обмякла в его руках. Сдавленно сглотнув, я отяжелевшим языком произнесла:

– Как-нибудь в другой раз.

– Я тоже себя этим успокаиваю, – муж провел носом по моей щеке, шумно, с наслаждением вздыхая, – такая сладкая.

– Это все от финика, – пошутила я, краснея с головы до ног. Тимур приглушенно рассмеялся и разжал свои объятия. Я тут же убрала телефон на столик и опустилась на край кровати.