Два подарка от бывшего

Думала, мать все за тебя решит, да? А матери оно надо? Меня ты спросила?

Что там ей нужно, какие решения? Мой сонный мозг совершенно не понимает, о чем речь, но тактика игнора не помогает, мама по–прежнему барабанит в дверь.

– Да что такое? – подрываюсь раздраженная и резко открываю.

– Катерина? – спрашивает она как–то жалобно.

– А кого ты ожидала увидеть в моей комнате? Отца? Так я напомню, он ушел очень давно и с тех пор не возвращался, – произношу жестко.

– Ах ты ж дрянь такая, – она замахивается для удара, но я перехватываю руку, а в ней зажаты мои бумажки из консультации.

Черт, забыла убрать, вечером была слишком под впечатлением от двойни, в итоге мать увидела. Н–да, наворотила я дел, планировала ведь до последнего в тайне держать, не усугублять домашнюю обстановку.

– Сама ты дрянь, – забираю листы и распрямляю их, – мне ведь по этому еще анализы всякие сдавать! – качаю головой. – Хотя кому я это рассказываю.

– Как ты с матерью разговариваешь? – спрашивает она снова жалобно.

– Да так же, как и ты с дочерью, – бросаю взгляд на часы. – Мам, ты время видела? Два часа ночи, мне спать надо, на работу с утра. Я не ты, у меня график нормированный.

– Да какой он у тебя нормированный, в подоле приносишь, – говорит она на удивление спокойно.

– Логика железная, конечно, – усмехаюсь. – Давай еще заявим в местную газету, что беспощадная капиталистическая машина испортила твоего ребенка, ведь раньше она такой не была!

– Не была, конечно, – мать качает головой, – ходила себе смирно на смены и дома порядок наводила, и готовила.

А теперь не дождешься ничего, да еще и этот сюрприз.

– Считай, пуповину решила перерезать. Обычно этим родители занимаются, но у нас необычная семья, чего уж там, я привыкла, не беспокойся, – киваю. – А теперь извини, но я спать.

Захлопываю дверь прямо перед носом матери и закрываюсь. Стою с минуту и понимаю, что голодна.

– Хотя знаешь, – снова открываю дверь, – я передумала. Пойду ужинать.

Тщательно запираю комнату и топаю на кухню.

В холодильнике должны были остаться куриные ножки, я их жарила совсем недавно. Вопреки словам матери я все же готовлю, просто не столь масштабно, для себя больше и то, что мать не сильно любит.

Разогреваю три штуки в микроволновке, нарезаю хлеб и присаживаюсь за стол. Мать тоже приходит на кухню, наблюдает за моими действиями, как молчаливая статуя. Я не заговариваю, хочется человеку стоять, пусть стоит, жилплощадь у нас общая.