Скоро увидимся

 – Вообще-то, обычно он поднимался на площадку пораньше, в начале детского ужина.

Пес счел нужным культурно их сопроводить до машины и со значительным видом вышагивал несколькими ярдами сзади. А когда они остановились у автомобиля, тоже остановился и сел.

Превосходный, отменно ухоженный экземпляр, судя по всему, знал себе цену.

Его направленный на Дункана взгляд был изучающим и недружелюбным.

Капитан показал инспектору на собаку:

– Посмотри, глаза почти человеческие.

– Ага, и наглую ряху отъел.

Пес перевел взгляд на инспектора, и выражение стало еще менее ласковым.

– Тьфу на тебя! – сообщил ему тот.

III.

Следующее утро порадовало ясной погодой.

В плохую трудней контролировать слежку.

На встречу с Людвигом Дункан всегда выезжал в гражданском. Из двора полицейского управления его вывозили на одну из городских точек, где легко было пересесть в малоприметный автомобиль, за стеклами которого ничего толком не видно. И прежде чем двигаться к месту встречу, он будет минут пятнадцать каверзно петлять по улицам, так что любой, даже комбинированный хвост неизбежно засветится.

Меры защиты агентов – дело профессионального долга и человеческой совести шефа полиции, и люди обязательно чувствуют, когда для них делают все возможное.

Контроль указывал на полную безопасность, и капитан уже ехал вдоль сквера, в конце которого, примерно за тридцать ярдов, он притормозит, чтобы двигаться медленно, две-три секунды всего…

Две-три секунды, и хлопнула левая задняя дверка.

– Здравствуйте, сэр.

Автомобиль резко прибавил.

– Здравствуйте, лейтенант.

Дункан, взглянув в зеркальце, увидел смуглое лицо и белозубую улыбку.

Ему нравился этот парень и профессионально, и по-человечески – вырос в Центральной Америке, в бедноватой среде, откуда как раз часто и идут в подручные к криминальным боссам, а этот пошел в полицию на самый опасный рубеж борьбы.

– Сэр, я вызвал вас по странному вопросу, не проверенному еще мной вполне.

– Лейтенант, в нашей ситуации вы определяете, что важно, а что нет.

Почему-то боль коснулась сердца, просто от мысли, что в их работе неизбежны потери хороших людей.

– И соблюдайте максимальную осторожность, нам не нужны успехи ценой вашей жизни.

Сзади раздался смех с благодарными нотками.

– Вы заботливый, сэр. Домашние вами довольны, да?

– Устаете среди подонков?

Дункан не ответил на вопрос о близких, родителей уже нет.