Скоро увидимся

– Как сказать, сэр…

Про супружеские годы нечего вспомнить, дочь уже взрослая.

– Я, сэр, вырос в поселке на побережье, сколько помню себя – песок и море, – сейчас, взглянув в зеркальце, капитан увидел задумчивое с оттенком грусти лицо. – Это философия, сэр, песок и море. Море – невероятное целое, и всегда ведущее в другое – тоже в огромное. И песок. Из частиц. Их даже нельзя по отдельности рассмотреть. Стряхиваешь с ладоней и топчешь ногами. Когда человек постигает огромное, ему страшно остаться песчинкой, сэр.

Дункан вдруг снова почувствовал холодное касание к сердцу.

– Вы вполне контролируете ситуацию?

– Думаю, да. Но вот о ней самой, сэр… разболтался на посторонние темы, простите.

– Не за что, лейтенант. Мне приятно с вами общаться.

– Спасибо.

Агент замолчал.

Затем произнес в виде маленького предисловия:

– Вот какая история, сэр, странная, но уж какая есть.

– И ради бога.

– Ну да. Значит, из окружения босса просочилась информация о появлении некоего типа, который заправлял тут лет восемь-девять назад.

– Нет, я вообще не интересовался криминальной историей города.

– Наверное, теперь вам придется, сэр. Джино. А среди родственников его никто иной…

Капитан даже вздрогнул, потому что прозвучало имя одного из лидеров колумбийских наркодельцов, и именно с тех плантаций к ним сюда шел товар. Последняя экспертиза закупок, переданных вчера Лизой, еще раз подтвердили идентичность сырья.

– Так вот, Джино обеспечивает поставки, которые позволяют сильно сбрасывать цены.

– Он что, отмотал срок, этот Джино? Откуда он взялся?

– Тут и странность, сэр. Он как бы исчез, а вот теперь появился.

– Как давно появился?

– Что-то с полгода. И даже болтают всякое… чуть ли он не воскрес с того света.

– Хотят что-нибудь прикрыть этой легендой?

– Весьма вероятно. Однако главное – у них, действительно, сейчас очень много товара.

«Много товара» означало, что колумбийский поток, проходивший транзитом через Майами, вырос – крайне неприятная информация, надо связаться, пусть ищут у себя «большую дыру».

Похороны Ванлейна назначили сегодня на час дня, и по тем же причинам служебного такта, невежливо было на них не присутствовать.

В управление капитан вернулся, когда стрелки не дошли до двенадцати – оставалось еще время на ланч.