Догоняя свою душу

Девушка не выключила яркий, режущий глаза, верхний свет, от чего у Сени возникло чувство, что он находится на операционном столе. Она задумчиво смотрела на лежащего перед ней обнаженного мужчину, а затем мягко провела тонкими пальцами по его шелковистым светлым кудрям, прошлась по дразнящему вздернутому кончику носа, изумительно изогнутым ярким губам, обвела рукой изящный овал его бело-розового лица, не пропустив маленькую ямочку на округлом подбородке. Ее рука спустилась по шее до груди и стала, слегка пощипывая, ласкать его соски, а затем пробежалась пальцами по рельефному торсу.

Ее взгляд скользнул ниже, но не обжог огнем страсти или хотя бы лукавой искоркой вожделения. В нем не было желания, только холодный интерес. Сеню пробирала дрожь от ее пугающе-печального взгляда. Он обратил внимание на то, что левую руку девушка спрятала за спину.

– Как же ты красив! – вздохнув, тихо произнесла Полина. – Как античный Бог.

Сене никогда не приходилось краснеть за свою внешность, как и за все, что он вытворял с девушками в постели, но сейчас он чувствовал себя ужасно неловко.

Он себя ощущал не живым мужчиной, а музейной мраморной статуей в руках оценщика. Хотелось вот так, в чем мать родила, сбежать от этой чокнутой извращенки. Она, словно почувствовав его мысли, отдернула руку и сказала:

– Если хочешь, уходи.

– Нет… Просто, все так странно… – начал говорить Сеня, которому все же было интересно узнать, зачем он здесь и с кем на сей раз имеет дело, но странная незнакомка его прервала.

– Я серьезно! Лучше уходи по-хорошему! – без тени юмора потребовала Полина.

– Лучше иди ко мне… Ты кажешься замерзшей, да и здесь не очень тепло, – словно не услышав ее слов, с улыбкой произнес Сеня.

Полина не стала спорить и вытянулась вдоль него на диване, обвив его плечи своими тоненькими руками и продолжая смотреть на него загадочным взглядом. Сеня хотел ее поцеловать в губы, но она отвернула лицо.

– Точно, проститутка, – подумал он, хотя и не имел личного опыта общения с представительницами древнейшей профессии.

 – Я где-то слышал, что они никогда не целуются.

Сеня заметил, что она крепко зажмурила глаза, уткнувшись щекой в его плечо, а из-под ее не накрашенных светлых ресниц выползают и струятся по впалым щекам слезы. Сене снова сделалось не по себе. Даже сердце противно защемило, хотя ему вообще-то не было дела до этой явно проблемной девушки.