Басурманин. Крылья каарганов

Солнечные блики отразились на шитом золотом кафтане и сафьяновых сапогах.

– Что же раньше об том не поведали?

– Да забот и без того полно было, недосуг. А теперь вот и срок пришёл.

Обхватив голову, Влада заходила по думным палатам. Раз прошла из конца в конец, и ещё раз. Когда в другой раз шла мимо боярина, ухватил её Яр Велигорович за рукав, потянул на лавку:

– Успокой думы тяжкие. Князю степенным быть должно. Пред гостями не след нам срамиться. Ты прими что есть. Стерпится… А мы тут завсегда, рядом с тобой.

Коли в чём нужда, поможем. Верно сказываю, воевода?

– Верно, Яр Велигорович! Не кори себя понапрасну, княже! – Артемий Силыч покосился на боярина. – В том вины твоей нет. Ты скажи лучше, смирился хан Дамир? Помню зело горяч был, как о свадьбе услыхал. В Муром войско вести вознамерился. Насилу успокоили.

– Ой, не ведаю я, Артемий Силыч! – тряхнула она головой, глядя, как во двор княжеского терема въехала повозка с бочками. – Мы об том и не говорили с той поры. Да и не вижу я Дамира совсем.

Он то в кузне с Гайлисом пропадает, то в полях скачет. В покои почитай две седмицы не хаживал, в шатре ночи коротает.

– Так мы сами к нему наведаемся, – засобирался воевода. – На просторе оно и дышится легче, и разговор без сторонних ушей ладится. А я тебе Борича отправлю. Он вас посторожит. Никого близко не подпустит.

– Что ты, Силыч! – Владелина развернулась и, подбежав, зашептала с укоризной, поглядывая на воеводу. – Да неужто ещё и Боричу ведомо про тайну мою?

– Борич сотник добрый! – поспешил успокоить её воевода.

 – Чего не пристало не спросит, слова лишнего не скажет. Не ведомо ему не об чём. Но за тебя, он любому брюхо вспорет. При Симеоне и десятником бы не стал. Воевода прежний тех, кто умишком горазд не привечал, сторонился. Кабы не ты, да те разбойники в лесочке, так на стене и служил, или на воротах. Я за ним зорко слежу. Добрый воин, страж надёжный. Не печаль головку-то, пойдём!

– И правда, поезжай в поле, княже! Развей тоску! А я тут сам управлюсь.

Фёдора, вон, в помощники кликну. А воротишься, мы тебе всё обскажем, кто чего просит, у кого надобности какие есть, а? – уговаривал боярин.

– Что поделать с вами, коли просите? Поеду! – согласилась Владелина.

***

Третий день Дамир не покидал селение. Вокруг бурлила жизнь. Кыпчаки обжились, привыкнув к новому месту. И хотя теперь стену между шатрами и полем не поставили, степная стража надёжно охраняла селение.