Не сдавайся. Твой день придет

– Боюсь вас, вот и уселась, – негромко ответила ему.

Он присел на корточки рядом со мной и, глядя мне в глаза, тихо сказал:

– Я так понял, идти тебе некуда, родичей у тебя нет?

– Нету, я одна.

– Знаешь, красавица, карточный долг – это святое, и ты моя со всеми своими потрохами вместе с хатой. Тут даже Алка тебя не спасет. Хоть она и старается крыльями трясти.

– Отпустите меня, пожалуйста.

– И куда ты пойдешь?

– Уеду в Магадан, работу найду, может, и общежитие получу.

Он хищно улыбнулся. Помолчал, потом, вставая, тихо сказал:

– Я тебе даю выбор.

– Какой?

Зэк стоял ко мне спиной.

– Уйти сейчас или…

И замолчал, я сама осмелилась спросить:

– Что «или»?

Он повернулся ко мне лицом и продолжил:

– Остаться и выйти за меня замуж, обещаю, что никогда не обижу тебя и никому не позволю это сделать. Будешь как сыр в масле кататься. Принуждать тебя спать со мной тоже не буду, но тогда заведу шлюху, а изменять мне не позволю. Такой расклад тебя устраивает?

– Нет, не устраивает.

– А ты, оказывается, не такая наивная, как прикидываешься. Тогда вставай и уходи. Быстрее уходи, пока не передумал отпускать.

Он схватил меня за руку и быстро потянул к выходу. Не поверите, даже очухаться не успела, как оказалась за дверью.

«Бежать!» – была первая мысль. Вторая: «Куда?» Без документов, денег, босиком. Хоть на дворе лето, но вечерами у нас всегда прохладно. «Гад такой, отпустил, называется, вытолкнул за дверь, беги, Ася, в ночь, где за дверью поджидают другие зэки, пьяные да с ножами».

Слезы невольно брызнули из глаз. И сразу вспомнила маму. «Ну зачем ты так поступила, почему ты оставила меня одну, ты же знаешь, как мне трудно без тебя», – неслось в голове, и слезы душили.

Всю ночь я просидела, ежась от прохлады, на ступеньках этажом выше нашего, и когда на небе появились первые блики солнечных лучей, меня сморил сон. Во сне увидела отца из детства: молодой и красивый, его теплые и заботливые руки накрыли меня одеялом, мне стало тепло, и я провалилась в глубокий сон.

Глава 2

Проснулась я от того, что слышались шорохи, что-то двигали, раздавались посторонние мужские голоса. Я лежала в своей кровати, в своей квартире. Честно скажу, совсем не помню, как здесь очутилась. Как умудрилась добровольно войти и даже улечься спать. Выходить из комнаты мне было страшно. Я не знаю, что там, за дверью, происходит, но думаю, жизнь сейчас ко мне повернулась еще один раз задом и я уже не являюсь ее хозяйкой.