Время, в котором меня нет

Он занес меня в комнату и у кровати уже почти шепотом сказал:

– Открой глаза.

Я в ответ мотнула головой:

– Нет.

Он стал опускать меня на пол, я раскрыла глаза и, глядя в его синие глаза, разрыдалась, руки сильнее сжимали его шею, я не хотела опускаться на эту землю, где пахло смертью, где было опасно, где люди жили прошлым.

– Я боюсь, понимаешь, мне страшно, мне очень страшно, – плача, говорила я.

– Не бойся, я с тобой, я не дам тебя в обиду, – а сам гладил меня по голове, как маленькую девочку.

– Дай мне слово чести, что ты не оставишь меня здесь одну. Иначе я просто умру от страха.

– Я даю тебе слово чести и не оставлю тебя одну! Только не плачь больше.

Почему мне это было важно услышать? Но я верила ему уже на все сто процентов. Ведь он уже какой раз оказывался рядом, в ту минуту, когда опасность меня целовала в щеку.

– У меня болит голова, – сказала я.

– Посиди здесь, я пошлю за Эльзой, надо обработать рану на твоей голове.

– Нет, не уходи, – выкрикнула я и соскочила с места.

– Я здесь, не бойся, я просто выйду за дверь и позову кого-нибудь.

Он опять усадил меня на кровать.

– Тебе лучше сидеть, а то опять упадешь в обморок. Тогда мне точно придется тебя оставить тут, а самому бежать вниз и искать, кто сможет тебя привести в чувство, – улыбаясь, сказал он мне.

– Хорошо, я посижу, только ты не уходи далеко.

– Умница, сиди, а я быстро крикну кого-нибудь.

Он открыл дверь и крикнул что то, а может, позвал кого-то, я опять не понимала его речь.

Но через минуты две возле него встали два парня, чего он говорил, я уже даже не вслушивалась, голова трещала от каждого звука все сильнее и сильнее.

Еще через несколько минут вошла женщина, приятная на лицо. Улыбалась так искренне, что невольно и я улыбнулась ей. Говорила она быстро, негромко, голос был такой убаюкивающий. «Прям как в детстве, когда читают сказки детям», – подумала я. Одета она была как бабушка в деревне, но только темное платье до пола, а так, фартук, башмаки в виде галош, немножко, правда, странные, но схожесть есть.

На голове чепчик, смешно как-то, но он ей подходил, на вид ей было лет пятьдесят. Такая живая, высокая, приятная толстушка. Кружилась вокруг меня, что-то быстро-быстро говорила, мне казалось, она слова выстреливает, как с автомата. Я сидела и только хлопала глазами, даже слезы перестали катиться.