Судьба амазонки

Он будет наказан, но, поверь, того заслуживает.

– Твои глаза плохи, но видишь действительно главное…

– Мне разумения достаточно, чтобы разглядеть, что к чему, – умудрённый годами старик сокрушённо вздохнул.

Архелия послала лошадь вперёд и легко нагнала своих подруг. Бабочка чутко чувствовала повод и бежала по дороге плавно и красиво. Казалось, силы тяготения не властны над сильным животным. Лошадь не чувствовала ни своего веса, ни веса седока. Препятствий для неё не существовало вовсе. Дочь вождя не в первый раз сидела на Бабочке, но всегда испытывала неописуемый трепет и восхищение.

Тяжёлые боевые кони барона не знали страха, но они не умели так летать над землёй.

Некоторое время подруги галопом неслись по дороге, но лошадям нужен был отдых, и они притормозили. Поравнявшись, девушки ехали молча, думая каждая о своём. Архелия заметила, что подруги странно притихли, и заинтересовалась:

– Что-то случилось?

– Ничего.

Предводительница испытующе посмотрела в глаза Коринн и Хельги по очереди.

Девушки отвели взоры.

– Рассказывайте.

– Расскажи сама, Коринн, – попросила охотница.

– Не могу.

Архелия начала догадываться, что дело касается Исама.

– Ну ладно, – решилась красавица, тряхнув соблазнительными кудрями. – Когда мы со стариком вошли в комнату Исама, я сказала, что мы хотим взять своих лошадей и просим его дать такое указание конюху. Твой любимый обратился ко мне, хотя и был слаб: «Вы уезжаете?» Я передала ему твои слова, но он не обратил на них внимания. Сказал, что если бы не приказ Хозяина, то навеки связал бы свою жизнь с моей.

И добавил, что меня оберегали в бою по его просьбе. Прости, Архи, я не хотела…

– Ничего, – снова тягостный туман укутал сердце дочери барона. – Ты «виновата» только в том, что боги щедро одарили тебя красотой.

– И убили желание любить.

– ???

– Я раньше мечтала иметь мужа, детей, дом. И за это лето я получила много предложений. Но как только очередной претендент предлагает мне покровительство, сразу в глазах возникает мать.

Её дикие вопли и оскорбления и по сей день раздаются в ушах. Вместо привязанности или хотя бы благодарности я начинаю чувствовать отвращение даже к самым достойным.

– Да, – протянула Хельга. – Защитников у тебя не будет, видно, кроме нас.

– Справимся, – подбодрила своих спутниц Архелия. – Дорога, правда, будет непростой. Нутром чувствую. Красота твоя, Коринн, будет немного подпорчена. Ветер, дожди, солнце, холод и лишения изрядно поработают над нами.