Риск на счастье

В квартире показала, куда уложить Милу, выбрав для этого свою комнату. В ее по-прежнему был форменный бардак. На кухне все делала автоматически, сделала кофе мужчинам и чай себе, потирая устало глаза и мечтая завалиться к Миле.

– Ника, – подошел ко мне Лев, – мы поедем.

– А кофе? – посмотрела на него в растерянности.

– В следующий раз, – мягко ответил он, положив свою ладонь на мое плечо и слегка сжав его, – Вы устали, не будем мешать.

– Да, хорошо, – кивнула благодарно.

Я была не против еще немного провести с ними время, но Лев заметил, что к разговорам я сейчас не настроена.

Проводив их до двери, мысленно отметила наличие чемодана возле выхода, сделав себе пометку: обязательно посмотреть, что в нем утром. Распрощавшись, Владимир пообещал позвонить завтра, и они ушли. Напитки вылила в раковину, так и не притронувшись к своей кружке, сполоснула их, зная, что Мила будет ругаться, если этого не сделать, и, раздевшись до футболки, легла рядом с сестрой.

Утро было прекрасным из-за того, что сегодня ехать в университет нужно было только к обеду, поэтому времени еще было навалом.

– Я, конечно, все съем, но уголь уже перебор, – подошла в плотную к

застывшей над нашей едой Миле.

Проснулась она в более хорошем настроении, чем было накануне, но периодически о чем-то задумывалась, застывая на месте.

– Что? – посмотрела она на меня недоуменно.

– Горим, – показала на сковородку, где она жарила лепешки к завтраку.

– Ой! – быстро сняла посудину с огня и со злостью швырнула ее в мойку.

– Ты чего? – спросила, наблюдая полет, и порадовалась, что там не стояла

другая посуда.

– Ничего, – пробурчала она и села за стол, складывая руки домиком и роняя на них голову.

Я не стала допытываться, решив, что ей нужно немного успокоиться, а сама занялась приготовлением кофе. Может, это хоть немного ее взбодрит.

– Рассказывай, – сказала решительно, поставив перед ней чашку и присаживаясь напротив, заранее прихватив пепельницу.

– Не знаю я, Никки, – покачала она головой, прикуривая и делая глубокую затяжку никотина. – Тревожно мне как-то.

– Почему? – последовала ее примеру.

– Не знаю, – повторила Мила, – будто предчувствие чего-то плохого.

– И связано оно с нашими поисками? – уточнила.

– Да, – и без перехода спросила, – Почему он так поступил? – она смотрела на меня с надеждой, будто я знала ответы на мучившие ее вопросы.