Ветров. Начало

Я окончательно убедился в том, что мы правильно выбрали направление, откуда они могли прийти. Поэтому след протектора, который мы нашли, с большой вероятностью принадлежит машине убийцы.

Егор был потрясен. Родин смотрел в пустоту стеклянным взглядом, который я заметил даже при плохом освещении.

– На убийце точно осталась кровь жертвы… В автомобиле тоже. Его надо срочно найти! – сказал он.

– Евгений, где жертва могла так руку поранить? – спросил я у Наумова. – Вы видели: у неё кисть повреждена? Если бы она, пытаясь защититься, схватила рукой нож убийцы, а убийца, вырывая нож, порезал её, то рана была бы ровная, так?

– Это не нож.

– Чего ты не спросил у Саблина? – поинтересовался Родин.

– Эта мысль посетила меня позже. При случае спрошу.

– Всё, ребята, пора собираться. Всем пора ехать домой, завтра тяжелый день, – скомандовал Родин.

– Да, пора, много работы, – поддержал Наумов.

– Женя, сами справитесь? – обратился Родин к Наумову.

– Да, езжай, – ответил Наумов.

– Егор, подбросишь Костю? У меня ещё много дел, – попросил Родин.

– Да, конечно, нам по пути, – ответил Егор.

– Вот и хорошо. Егор, во сколько утром продолжите поиски?

– К 9 все будут тут. Как раз рассветет.

– Ещё люди нужны?

– Я звонил днем в отделение, просил. Но мне ответили, что бюджет не резиновый.

– Решим. Воронцов дал зеленый свет.

– Понял, – ответил Егор.

– А мы завтра с Костей с утра к родителям подъедем. Ещё надо поговорить с близкими жертвы. В общем, подъедем, как освободимся. И ещё, срочно надо поговорить с парнишкой, про которого говорил охотник. Как там его? Волков? Костя, заедете сегодня к нему, вдруг объявился.

– Да, хорошо, – согласился я.

– И помогите, пожалуйста, тут всё собрать, – попросил Родин и направился к машине.

В свете фар мы переносили лампы, стойки, удлинители… Вот и генератор погрузили.

– Евгений, мы всё! Чем-то ещё помочь? – поинтересовался я.

– Нет, ребята, всё. Спасибо большое. Езжайте.

Мы с Егором направились к машине.

Несколько минут езды по тряской просёлочной дороге прошли в полном молчании. Говорить не хотелось, обсуждать пока тоже было нечего. Вскоре в свете фар показался бревенчатый дом охотника, часть которого принадлежала бабушке нашего загадочного юного свидетеля. На веранде горел свет.