Возвращение домой

Учитывая, что Эль с Ларой, да и временно превратившаяся в темную эльфийку Анжа были не против, а народ исправно платил моделям за их труд, скорее, именно к счастью.

Вскоре возле нас выстроилась пусть и небольшая, но настоящая толпа. Кто-то даже начал рассказывать своим друзьям, что неспроста здесь, почти на Красной площади, эльфы. Мол, все закономерно. На самом деле легендарные варяги – Рюрик, Трувор и Синеус – были эльфами, как, впрочем, и их потомки. Прибыли на Русь не из Скандинавии, как до сих пор ошибочно полагали официальные историки, которым нельзя верить ни на грош, а из другого мира.

Поэтому не надо удивляться летописным сведениям, что Ольга вышла замуж за Игоря в 903 году, а Святослава родила сорок лет спустя. Первые князья погибали в бою, иначе жили бы долго. Вот Святослава, например, печенеги на Хортице убили. Ольга же умерла, потому что отказалась от эльфийского язычества и приняла христианство. Ну а Владимир был сыном Святослава от человеческой женщины. В общем, нес гражданин историк такую пургу, что даже у меня уши сворачивались. Чувствую, предстоял бы мне разговор с женами по этому поводу, пойми они хоть десятую часть сказанного.

Но кроме того болтуна, были и те, кто на самом деле желал сфотографироваться. Один, говорящий с жутким акцентом, попытался объяснить, что он желает не сфоткаться, стоя рядом с эльфийкой, а сделать серию фото всех моих спутниц, причем его прежде всего интересовали не сами девушки, а отдельные детали их костюмов.

– Сто баксов! – тут же заломил цену я, чтобы отвязался.

И сразу пожалел. Нужно было просить больше. Судя по той легкости, с какой иностранец расстался с купюрой, для него не было особой разницы, сто долларов или двести. Но раз уж сам назвал цену, пришлось выполнять обещание. Правда, не мне, а спутницам. Такая уж эльфийская доля (последнего вслух тоже говорить не стал). Чувствую, через год в каком-нибудь Париже или Милане на подиуме будет продемонстрирована новая коллекция с эльфийскими мотивами.

Не прошло и получаса, как мы обогатились почти на две тысячи рублей и двадцать пять баксов в придачу к той сотне. Позже, пересчитывая деньги, обнаружил, что одна сотенная купюра вовсе не российская, а белорусская (так давно дома не был, что уже и забыл, как чьи деньги выглядят). Но поскольку ее нам не в виде сдачи дали, а заплатили за в общем-то ничего не стоящую услугу, обманутыми считать себя не следовало.