Оникс и слоновая кость

Потом кто-то из гвардейцев запел новую песню – грубоватую балладу, которую Кейт узнала уже служа на почте. Наконец набравшись смелости, она спросила:

– Откуда вы родом? Я никогда прежде не слыхала о Торнволле.

– Неудивительно, – Даль хмыкнул, вгоняя меч в ножны, – это крохотное поместьице на скалистом восточном берегу реки Лавринки. К счастью, я – шестой сын, и майорат мне не грозит.

Кейт не слишком ему поверила. Его тон напомнил ей нарочито безразличный тон Корвина, всякий раз появлявшийся у принца, когда тот рассуждал об отсутствии долгожданного знака урора.

– Как вы познакомились с принцем? – любопытство брало над ней верх.

– О, это презанятная история! – Даль вытянулся на спальном мешке и уставился в ночное небо. – К сожалению, я не могу вам ее рассказать.

– Почему?

– Потому что я повстречал принца в одном из своих путешествий. Ну или в одном из его путешествий – с какой стороны посмотреть.

– Правда?! – Глаза Кейт расширились от удивления. – Имеете в виду двухлетнее отсутствие принца в Инее?

– Это тайна, за которую любой хроникер отдал бы правую руку.

 – Даль хрустнул костяшками пальцев.

«Можно подумать, я бы им рассказала», – Кейт скрестила руки на груди. Чего-чего, а любви к хроникерам она не испытывала. Обижаться на Даля не следовало, в конце концов, он ее не знал. Отчасти причиной раздражения Кейт было разочарование: ей очень хотелось узнать, где Корвин пропадал. Кейт вспомнила татуировку на его запястье, и она опять показалась ей знакомой.

– Не то чтобы я верил, что вы им разболтаете, – уныло произнес Даль, – однако не считаю себя вправе выдавать чужие секреты.

Если я дам волю языку, Корвин никогда мне этого не простит, а его хорошее отношение значит для меня больше всего на свете.

Любопытство во взгляде Кейт окрасилось ревностью. Когда-то она испытывала по отношению к Корвину то же самое. Напоминание о потерянной дружбе жалило, как змея. С раннего детства они были с принцем лучшими друзьями, товарищами по играм и проделкам. Сколько раз их заставали бегавшими наперегонки на тренировочных полях после полуночи или ловили на краже сладостей из кухни накануне какого-нибудь важного бала.

Однажды они случайно устроили пожар в кладовке и отказались признаваться из боязни навредить друг другу.

«Я давно уже не та беззаботная непослушная девчонка», – подумала Кейт, стараясь схоронить воспоминания как можно глубже. Ей стало интересно, относится ли то же самое и к Корвину. Судя по словам Даля, вполне.