Меня не видно изнутри

Она опять широко зевнула и потёрла глаз, не заморачиваясь по поводу макияжа, но, даже засыпая на ходу, всё продолжала расслабленно болтать:

– Я, если честно, не представляю, как что-то страшное может происходить среди родных людей. Мне кажется, призраки в мрачном замке – это просто раздутый сюжет для детектива или исторического романа.

Марго по-хозяйски осмотрелась, проверяя, не забыла ли о чём-то рассказать. Наконец довольно кивнув, она направилась в коридор, но замерла в дверном проёме:

– Если что нужно, средство там от призраков, например – кричи от ужаса.

– Марго, блин!..

Послышался издевательский смешок. Фыркнув, я села на кровать.

– Или если вдруг проголодаешься, я всегда готова совершить ночную вылазку за вкусняшками, – Марго чмокнула свою ладошку, и через всю комнату до меня долетел её воздушный поцелуй. – Доброй ночи, солнышко.

– Доброй ночи, Марго.

Дверь закрылась за её спиной. Борясь с соблазном просто перекатиться на кровати и тут же захрапеть, я уговорила себя умыться.

Я с трудом выдрала себя из коварных объятий постели, отыскала ванную и едва сообразила, как включается вода в суперсовременном навороченном душе, хотя меня так клонило в сон, что я готова была отключиться стоя.

Смыв с кожи дорожную пыль, косметику и остатки напряжения, распаренная и пахнущая лавандой, я нырнула в белый махровый халат. Из-за моего маленького роста он чуть ли не волочился по полу. Даже уютнее. С чувством выполненного долга я вернулась в свою – в свою! – комнату.

Выудив из разверзнутой пасти чемодана первую попавшуюся футболку и белье, я быстро оделась, погасила свет и – о, счастье! – упала спиной на мягкую упругую постель.

Под гигантским сатиновым одеялом я словно превратилась в тёплого бурого мишку, впавшего в спячку в сугробе, но вскоре стало нечем дышать, и, высунув голову наружу, я в бессвязной полудрёме уставилась в потолок. Латунная люстра отбрасывала по сторонам причудливые тени. Её длинные побеги с миниатюрными лампочками на концах опутывали комнату точно диковинное растение.

– Просто чудо, – пробормотала я, погружаясь в темноту под баюкающий шёпот ветра.

Глава 2. «Атермонт»

– Солнышко, вставай. Эй. Вставай, слышишь?

– Сколько времени?

– Шесть.

– Что?! Шесть вечера?!

Я села на постели, облепленная облаком из одеяла. Перед глазами в сумраке радостно заплясали звёздочки. Глаза свело в кучку. Рядом послышался сокрушённый вздох:

– Шесть утра, конечно, прозорливая моя.