Меня не видно изнутри

Я знала, кому она принадлежит.

Я наконец моргнула и поняла, что всё ещё лежу. Из тёплой мягкой постели выбираться не хотелось. Хотелось не шевелиться и наблюдать весь день, как тонкий тюль колышется в потоке прохладного ветерка. За приоткрытым окном, сбрызнутым цветом витража, медленно светлело. По словам Марго, отсюда открывался бесценный вид на живописные закаты, но уже второй день мы возвращались затемно.

Я нащупала телефон и, зажмурившись, поднесла его к лицу. Четыре утра. Как вообще можно открыть глаза спустя три часа сна и чувствовать себя бодро? Я решила умыться и поискать на кухне что-нибудь поесть, а потом, когда наступит полноценное утро – заглянуть к Марго.

Может быть, сегодня мы всё же пойдём на пляж? Вчерашний шторм, конечно, устраивала не я, но мою совесть это не волновало.

Я аккуратно прикрыла дверь в комнату, и, радуясь успеху, чуть не вписалась в темноте в отполированный бильярдный стол. Чуть не выругавшись, вдруг остановилась. Сквозь щель в коридор скользил тусклый оранжевый луч света.

Дверь в комнату Розы была приоткрыта.

Сидя спиной к двери, Роза склонилась над ноутбуком и ожесточённо клацала по клавиатуре – за спиной не было видно, пишет ли она сообщение или роман-эпопею. Так как Роза не заметила меня, я решила не шуметь водой в душе и тихонько спустилась по восточной винтовой лестнице.

В кухне было пусто и прохладно. Из приоткрытого вверх окна доносился запах влажной земли. Стоять босиком на холодном кафельном полу было неприятно. Я быстро добралась до холодильника.

Полки его были заставлены доверху, и это многообразие пугало. Отыскав в дальнем углу безобидные сэндвичи, я потянулась к добыче.

– Хоть бы меня позвала, – недовольно буркнула Марго над ухом.

Подскочив, я с чувством выронила бутерброды. К счастью, кроме ругани на пол ничего не посыпалось.

– Марго! Чёрт тебя дери…

Она сложилась пополам и тихонько захихикала. Сердце глухо ухало в моей груди, прибивая тело к земле. Чтобы не осесть на пол, я вцепилась в дверцу морозильной камеры.

– Нельзя же так пугать…

Всё ещё смеясь, Марго мирно опустила ладони на мои плечи, а потом погладила по голове.

– Прости, солнышко… Прости. Я думала, ты слышала, как я иду за тобой.

– А чего ж не окликнула?

– Боялась испугать.

– Иронично…

Мы снова повернулись к холодильнику. Тарелка с сэндвичами едва не превратилась в неопознанный летающий объект – она держалась на весу между дверцей и полкой исключительно благодаря везению.