Последние стражи Аарона

Вдруг ей вспомнились наставления матери о том, что леди не должна носиться, подобно скверному сорванцу, и горько рассмеялась – та ничего не знала о страхе.

В зале под сводами уже теснились женщины с младенцами на руках, дети постарше и немощные старики. Никто из них не видел ее сыновей.

Было шумно от слез и стенаний. Слуги рассыпались по замку, силясь найти пропавших, Эдина же вышла во внутренний двор, где сновали воины и крестьяне, готовые защищать город – все мужчины от совсем юных до старых опытных, чьи виски давно посеребрила седина.

Во всей этой сутолоке леди Бранд была незаметна. Кто-то даже сбил ее с ног. Хрупкой женщине не было места среди воинов, ощутивших приближение боя. Ее супруг, возвышаясь над толпой, осыпал крепкими словами каждого, кто позволил себе растеряться в этой суматохе. Выглядел он устрашающе, словно старый северный бог войны.

– Кейрон! – закричала Эдина, разглядев массивную фигуру мужа у главных ворот.

Он обернулся, и быстрым шагом ринулся к ней.

Никто не смел попасться на пути.

– Мальчики… Их нет в замке, – слишком кротко сказала она, но лицо ее мужа изменилось.

Он расслышал все. Его черты исказились гневом.

– О, святые небеса! Клянусь, я надеру этому разбойнику уши! Ему все сходит с рук!

Он говорил о Моргане. Замок Брандов помимо руалийцев преследовали и другие напасти. Среди них был и этот злосчастный мальчишка. Он уже вошел в ту пору, когда детство осталось позади. В нем можно было разглядеть мужчину, которым он станет через пару зим, но с его необузданным нравом мог справиться только сам Кейрон, достаточно устрашающий для подобного.

Драчун и задира, Морган не слышал ничего, кроме грозного рыка того, в ком признал своего отца. Если покой замка нарушался чьими-то проказами, то виновник находился незамедлительно. Впрочем, мальчик никогда и не думал отрицать вины. Но что бы не выкинул этот сорванец, Эдина и Кейрон не переставали видеть в нем продолжение своего рода.

– Он не разбойник! Он твой наследник! Прикажешь пороть маленького лорда? – голос Эдины был полон отчаяния.

– Он никогда не примет мое наследие, если руалийцы насадят его голову на пику! Где могут быть эти треклятые мальчишки? Пусть только попадутся мне в руки!

Одному из них не доставало смиренности, второму – осторожности.

Аарон был ненамного младше Моргана. Они с самого рождения были разные как луна и солнце, и также неотступно следовали друг за другом.