Мой любимый пианист

Фелисити, как и большинство современных детей, была настоящим профессионалом во всем, что касалось компьютера, и чувствовала себя в глобальной Сети как рыба в воде – в отличие от своей матери. За последние десять дней она вывалила на Серину целую кучу информации о Николасе, начиная с его первых выступлений и заканчивая его успехами в роли театрального антрепренера, включая громкую славу, пришедшую к его последней протеже, молодой скрипачке из Японии по имени Джунко Хошино. Отдельные сплетники из числа журналистов утверждали, что они давно стали любовниками.

Николас снискал себе славу известного дамского угодника.

Серина уже знала кое-что о его жизни за последние десять лет. Например, в журнале «Шестьдесят минут» пару лет назад в небольшой статье рассказывалось о несчастном случае, положившем конец музыкальной карьере Николаса. Автор восхищался тем, что пианист все же нашел в себе силы оставить трагедию в прошлом и проложить себе новый путь в мире шоу-бизнеса.

Было очень непросто читать этот отрывок, когда Грег сидел рядом с ней на диване.

Серине хотелось вновь и вновь пробегать его глазами – но она не осмелилась. Грег знал, что его жена когда-то встречалась с Николасом, хотя она всегда расписывала их отношения в самых мрачных тонах. Однако той же ночью, когда Грег хотел заняться с ней любовью, Серина отказала ему. Она просто не могла спать со своим мужем, когда перед ее внутренним взором стоял Николас.

Вот и сегодня женщина думала только о нем – из-за того, что вчера вечером она видела на компьютере Фелисити.

Эта несносная девчонка откопала где-то старое видео, на котором Николас исполнял один из полонезов Шопена.

Если верить тому, что пишут, Николас шел по одной из центральных улиц Лондона, когда водитель проезжающей мимо машины потерял управление, автомобиль врезался в угол дома и сразу же вспыхнул. За рулем сидела женщина, она сильно ударилась головой и потеряла сознание. Николас вытащил ее из машины и услышал детский плач. Ему потребовалось несколько минут, чтобы отстегнуть ремень, удерживавший малыша в детском кресле.

Ожоги были сильными – на левой руке пришлось ампутировать большой палец.

Серина плакала, когда впервые услышала об этом происшествии, которое освещалось во всех выпусках новостей. Грег застал жену в слезах, но решил, что она снова расстроилась из-за того, что не может зачать еще одного ребенка. Женщина позволила ему так думать.

Но она чувствовала себя виноватой. Именно от этого ее освободила смерть Грега.