Шуньята под соусом демиглас

 – Забирай, и поехали уже из этой дыры, – добавила так, словно и вправду решила, что я сейчас выбью стекло, поколдую с проводами, как опытный угонщик, заведу тачку, и мы гордо укатим в ночь навстречу приключениям.

Нормальный расклад, да? Хорошо устроилась, девчуля, ничего не скажешь!

– Зайка, – сквозь смех признался я, – у меня даже прав нет!

– Ерунда, – флегматично отозвалась Принцесса. – Мой отчим их так и не получил. Но ездит же как?то.

– Да я понятия не имею, где там газ, а где тормоз!

Она поморщилась.

В её чуть сощуренных глазах мелькнуло разочарование.

– То есть ты предлагаешь идти пешком?

– Не предлагаю, – веско заметил я, – а ставлю в известность. Это ты напросилась ко мне на шею. Значит, будешь принимать мои условия. Уж извиняй, я тебе не нянька. Если что?то не устраивает, иди домой к мамочке, мне лишние проблемы на хер не нужны.

Грубовато получилось, согласен. Но вообще?то я не собирался её обижать. Лишь хотел, чтобы она поняла: путь предстоит тяжёлый, долгий, полный опасностей и страдать придётся всем.

Хотя, наверное, я слишком многого требовал от мелкой неопытной девчонки, которая не знала жизни.

Я уже говорил, что идея взять её с собой была откровенно дерьмовая? На всякий случай повторю ещё раз.

– Ну ладно, – пожала плечами Принцесса. В голосе её не звучало ни намёка на обиду, он оставался прежним, таким же ровным и монотонным. – Пешком – значит пешком, я не против.

Она помолчала и сказала:

– Только сразу предупреждаю: у меня есть некоторые особенности, с которыми тебе придётся смириться.

Думаю, стоит обговорить это заранее, чтобы потом не ссориться в самый неподходящий момент.

Сухо так сказала, спокойно, будто протокол зачитала. А я чертыхнулся, пнув попавшийся на дороге камешек, и закатил глаза.

– Просто замечательно!

Не, я, конечно, знал, что с ней будут проблемы. Только не думал, что они начнутся через полчаса после знакомства. Хотя, собственно, чего ещё можно было ожидать?

Принцесса сняла один из браслетов и принялась вертеть его в руках, растягивая эластичную ткань.

Жест был настолько знакомым, что я аж передёрнулся. Вот эта нервозная привычка моей maman, помните её, да?

Мы всегда замечаем в других то, что видим в себе или в близких. Так уж устроен человек. То есть, понятное дело, многие люди крутят что?то в пальцах, когда испытывают неловкость или беспокойство, у моей мамаши не было исключительного права на эту херню. Но от неожиданного чувства узнавания мне стало не по себе.