Драконья жрица

Её лицо было до дикости знакомым, потому что встречалось ей в зеркале каждый день. Но в тот миг, когда она с улыбкой завершала танец – небо заволакивал чёрный непроглядный дым. Незнакомка со знакомым лицом горела в пламени, и драконы кружили вокруг неё, словно оплакивали смерть любимого человека.

Утро пробилось к ней сквозь тонкие светлые шторы – и Эва разлепила слезящиеся ресницы, пытаясь согнать с себя морок сна. Она поднялась и с удивительной бодростью выскочила из тёплой постели, чувствуя в себе странную решимость, которая явно не доведёт её до добра.

Эва поправила мятое после сна платье, одёрнула подол и, соорудив на голове незамысловатую косу, юркнула за дверь, предварительно накинув плащ. Быть может, её действия лишь усугубят ситуацию, быть может, она слишком поспешна.

Но тревога и желание узнать всё и сразу толкали её на отчаянные поступки.

Выскользнув наружу, Эва слеповато прищурилась, пытаясь привыкнуть к заснеженному пейзажу. Передёрнув плечами от утреннего морозца, куснувшего за нос, она уже не так уверенно прошлась вдоль улицы.

Молчаливые и пустые дома внушали невольный страх. Казалось, что в любой миг оттуда могло выпрыгнуть что-то страшное и жуткое…

Но вдруг узкий переулок сменился широкой дорогой. Она была настолько большой, что по ней без особого труда смогли бы проехать сразу три королевские кареты. Впереди Эва с удивлением узрела огромную площадь – наверное, раньше здесь устраивались грандиозные празднества. Но ныне это место было таким же пустынным, как и всё вокруг.

Но больше её удивила статуя женщины, высящаяся над домами, словно великан над карликами. Неизвестная держала в своих каменных ладонях что-то круглое и крохотное, издалека похожее на свёрток с ребёнком. Но, подойдя ближе, Эва приоткрыла рот от осознания – женщина обнимала руками драконье яйцо. От удивления у неё сердце в груди сделало кульбит, и она заинтересованно шагнула вперёд.

– Почему ты покинула дом? Тебе там не понравилось?

Мужской голос вывел её из задумчивости, и Эва, испуганно подпрыгнув, растерянно огляделась – и обнаружила сгорбленную тёмную фигуру, сидящую у подножия статуи.

Рейгас скользнул по её телу внимательным взглядом, словно пытался понять, всё ли с ней хорошо, но приближаться не собирался. То ли считал это ниже своего драконьего достоинства, то ли боялся вновь увидеть страх.

– Мне… мне там нравится, – робко отозвалась Эва, вдруг потеряв свой боевой запал. Его одинокий вид отчего-то кольнул её в самое сердце.