Княгиня

Думаю, он у них главный, а потому от страха меня немного потряхивает. Когда он спускается с коня и вновь подходит ко мне, трясусь, как заяц, глаза думаю из орбит вылезают.

– Несмысла, младоумеъна суще[6 - Несмысла – дура, глупая. Младоуменъа суще – глупа смолоду (др.рус.)], – это он мне.

Затем подъезжают запряженные в сани лошади и нас начинают толкать к ним. Я пытаюсь немного сопротивляться и получаю удар кнутом, отчего вскрикиваю. Слышу, как мужики на лошадях смеются. Девушка. назвавшаяся моей сестрой, за руку тянет меня к саням.

Нас всех загрузили в сани и куда-то повезли. Я выглядывала из саней, разглядывая, куда нас везут. Почти ничего не видно, один белый снег вокруг.

Посмотрела на девушку, что пыталась меня спасти от мужиков, назвав сестрой. Нужно хоть познакомиться, и я повернулась к ней:

– Я Марина, а тебя как зовут?

Девушка смотрит на меня, будто ничего не понимает. А я глубоко вздыхаю и думаю, из какого же она глухого места Украины или Белоруссии, что даже русский язык не знает.

И тут меня осеняет догадка, может это секта какая-то, меня в неё забрали и живут по каким-нибудь своим староверческим обычаям. А блин, точно староверы они.

Так надо проверить, как они крестятся, сколько пальцев два или три ко лбу прикладывают. Сейчас я выведу их на чистую воду…

Нет, погодите. Поворачиваюсь в санях на спину и смотрю в небо…

А если они украинцы или белорусы, они как крестятся, я не знаю…

Ооо, – вырывается у меня стон, потому, как каша в голове.

Надо мной склоняется лицо, всё того же коренастого.

– Аааа, черт напугал – ору потому, что не слышала, улетев в своих мыслях, как он подъехал на коне.

– Не кричати дурная, не чертыхайся[7 - Не кричати дурная, не чертыхайся – не кричи дура, не призывай чёрта.], – он отпрянул от меня.

– Отвали от меня идиот, хватит уже говорить не по-русски. Нормально говорите. Вы вообще кто? Украинцы или белорусы?

– Не разуметь ась она глаголит[8 - Не разуметь ась она глаголит – не понимаю, что она говорит.

– Хватит, – ору я и начинаю плакать.

У меня истерика, не помню, чтобы мне было когда-то так плохо. Слышу, как вокруг что-то говорят, но не могу остановиться.

Меня обнимает девушка, назвавшаяся сестрой, похлопывает по спине, успокаивая. И потихоньку я успокаиваюсь, перестаю всхлипывать.

Смотрю на неё, вытираю слёзы и вновь пытаюсь познакомиться.

– Марина, – показываю рукой себе на грудь.

– Ефросинья, – показывает на себя, та в ответ.