Ты никогда не исчезнешь

 – Он надолго умолк, не припомню, чтобы он когда-нибудь так тщательно подбирал слова. – Уверены ли вы, что ваш… м-м… что Габриэль согласится все бросить и последовать за вами?

Я снова улыбнулась.

– Я с ним еще не говорила, но думаю, он готов последовать за мной куда угодно… Если только там можно подключиться к интернету.

Прекрасное лицо Ваяна на мгновение сделалось страдальческим. Мне всегда труднее всего было говорить с ним о моей личной жизни. Я знала, что его не оставляют равнодушным ни мои светлые волосы, ни моя энергия, ни слезы, которые я год за годом проливала в его кабинете.

Хотя, может быть, все было наоборот, может, это я, сама того не сознавая, после всех этих лет в него влюбилась.

Но если даже и так, что от этого менялось? Я свой выбор сделала, он тоже, мы с ним взрослые разумные люди, способные справиться с разочарованиями и противоречиями. И я ответила самым легкомысленным тоном, на какой была способна:

– А если Габриэль не согласится, то тем хуже для него, я своего решения не изменю.

Ваян, вы меня знаете, я женщина решительная… и свободная.

– Нет, Мадди, нет-нет, свобода – нечто другое.

Сигарета Ваяна распространяла чудовищный запах гвоздики. У меня не было ни малейшего желания вступать с ним в философские беседы. Только не сегодня. Слушать поучения тоже не хотелось. И еще того меньше – диагностику моего психического здоровья.

– Ваян, у меня к вам напоследок одна просьба. Могу ли я забрать записи всех наших сеансов? Мне хотелось бы заново их прослушать.

Он сделал долгую затяжку.

Придется ему сжечь все свои запасы благовоний, если он хочет избавиться от запаха.

– Вы уверены, что это стоит делать?

– Нет, совершенно не уверена. Я вообще ни в чем не уверена. Именно потому я и хотела бы взять все записи с собой.

Ваян нехотя поплелся к своему рабочему столу.

– Как скажете. Я не могу вам в этом отказать, они принадлежат вам. Это вы настояли на том, чтобы все сеансы записывались. Я скопирую их для вас на флешку. Вы хотите только ваши, из этого кабинета, или и те… прежние?

– Все сеансы, Ваян.

Пожалуйста.

Я слышала, как он нервно барабанит по клавишам.

– Когда вы уезжаете?

– Через полгода. В последний раз проведу Рождество у подножия скал, а в край вулканов приеду в феврале, когда они будут покрыты снегом.

Он смотрел на монитор, на список наших прошлых сеансов. Влажные глаза были печальны и задумчивы.

– Мадди, могу ли я, в свой черед, попросить вас об одолжении?

– Ой… Вы меня пугаете.