Золотой пленник

Ломовые лошади храпели и дико косили глазами – пришлось побыстрее выводить их из балки, привычные ко всему мардиганцы только перебирали ногами.

– Кто это? – спросил Нух Земанис, подходя ближе. Питер из-за его плеча смотрел во все глаза, он еще ни разу не видел утопленников.

– Пару дней назад был еще жив. Белье дорогое – значит, человек не бедный был.

Перевернув тело сапогом, Рудвар обнаружил торчавшую из его спины обломанную стрелу. Выдернув ее, он ополоснул наконечник в воде и показал зазубренное, словно рыбий зуб, жало.

– Карсаматы… – сказал один из пеших охранников, и его слова прозвучали пугающе.

8

С этого момента условия изменились. Двадцать всадников Рудвара были поделены на пятерки, они поочередно уносились то влево, то вправо от дороги, проезжали пару миль и возвращались, чтобы доложить, что все спокойно или об увиденных следах. Судя по этим следам, в округе хозяйничали небольшие отряды карсаматов – по десять-двадцать всадников. То, что это были именно они, сомневаться не приходилось: на подковах их лошадей имелись отличительные знаки в виде цветка степной колючки.

Ночи стали настоящим испытанием, возы приходилось ставить кругом – на случай атаки, люди почти не спали, вслушиваясь в шорохи и держа наготове оружие.

Питер просил, чтобы ему тоже дали меч, но дядя снова вмешался, сказав, что это не их дело.

– Будь спокоен, Рудвар знает свое дело, однажды при Импаке он самолично зарубил двенадцать берберов.

– В прошлый раз, дядя, вы говорили, что берберов было восемь.

– Это не имеет значения, главное – Рудвар надежный человек, а в округе не сыщется и двух десятков карсаматов, те же, кто есть, – лишь трусливые дезертиры.

Прошла очередная беспокойная ночь, и, едва рассвело, Рудвар отправился на разведку. Вскоре он вернулся с хорошей новостью – следы на дорогах попадались только старые.

Времени решили не терять и позавтракать на ходу брынзой, хлебом и водой. Питеру достался вкусный сыр и мутное пиво.

Сначала было страшно, даже дядя забыл про свои нравоучения и настороженно смотрел по сторонам, но когда солнце прогрело воздух и охранники перестали метаться вдоль обоза, все повеселели.

– Видишь, Питер, опасности подстерегают всякого, но лишь тот сумеет их одолеть, кто подготовился к ним надлежащим образом…

Дядя вновь сел на любимого конька и собирался прочесть племяннику очередную лекцию, однако послышался треск кустарника и с правой обочины на дорогу вылетели около десятка всадников.