Сердце Волка

Те нити из сухожилий косули, которые он тогда сделал сам, были довольно толстые и неровные; Ведна, увидев их, презрительно поджала губы и тут же выдала ему несколько нитей из своего запаса. Тораку эти нити показались тонкими, как паутинки, и он восхищенным шепотом поблагодарил Ведну.

В первый раз проткнув кожу костяной иглой, Торак даже застонал от боли и запрыгал на одной ноге с торчащей из лодыжки иголкой. Потом, собравшись с силами, все же сделал следующий стежок. Когда он закончил зашивать рану, слезы у него из глаз лились ручьем.

Теперь нужно было наложить повязку. Для обеззараживания раны Торак использовал кашицу из пережеванной ивовой коры – уж коры-то тут хватало! – хотя больно было ужасно. Затем последовала мягкая прокладка из свежего древесного гриба, а сверху тонкий слой бересты, крепко обхватывавший ногу и державший все остальное.

Покончив с этим, Торак почувствовал, что его всего трясет как в лихорадке. Боль была еще довольно сильной, но все же явно утихала.

Торак отыскал свои башмаки – они были перепачканы грязью, но совершенно целы – и осторожно натянул их.

«Хорошо еще, – думал он, – что это летние башмаки с подметкой из сыромятной кожи и мягкими боковинами из оленьей шкуры – они не станут давить на рану».

Остаток древесного гриба он сунул в ранец, чтобы через денек-другой сменить повязку.

Через денек-другой…

Через денек-другой он все еще будет здесь обрабатывать убитого кабана. Если, конечно, неведомый преследователь его самого не прикончит.

Дождь прекратился. Вода, стекая по листьям ивы, капала на тушу кабана. Парочка воронов слетела на землю, с надеждой поглядывая на добычу. Торак отогнал птиц прочь.

Голова у него кружилась, перед глазами мелькали темные пятна. Только теперь он догадался, что совершенно ослабел от голода.

«Разделка туши подождет, – решил он. – Сперва необходимо поесть».

Он давно уже прикончил те запасы, которые прихватил с собой, но теперь мяса у него будет более чем достаточно.

Вороны зорко следили за тем, как Торак заставляет себя съесть остатки кабаньей печени. Напиться крови оказалось еще труднее. К сожалению, большая ее часть уже успела впитаться в землю, и теперь эту ошибку исправить было уже невозможно, хотя подобное поведение охотника и противоречило условиям договора, что наверняка принесет ему немалые неприятности.