Сердце Волка

Кто-то беспощадно жестокий и злобный ранил его и, вопреки всем священным законам охоты, не прикончил, а, напротив, стал преследовать, гонять по Лесу, заставив обезуметь от боли и зверски атаковать любого, кто попадется ему на пути.

А поскольку в этой части Леса, кроме Торака, никого из людей, похоже, больше не было, значит тот, кому принадлежит дротик, ранивший кабана, наверняка в качестве первой жертвы несчастного зверя избрал именно его, Торака!

Глава 10

Торак завернул кусок кабаньей печенки в листья лопуха и сунул сверток в развилку дерева.

– Спасибо хранителю племени за эту пищу, – пробормотал он, как бесчисленное множество раз делал и прежде.

Но впервые в жизни он никакой благодарности не испытывал. У него перед глазами по-прежнему стоял старый мудрый кабан, роющийся в прелой листве, кабан, который всю ночь охранял его покой и составлял ему компанию… Из головы у Торака не шли и те толстенькие лохматые кабанята, потерявшие отца…

Потом он, прихрамывая, вернулся к огромной туше, громоздившейся на земле.

С невероятным трудом ему удалось перевернуть кабана и вспороть ему брюхо, чтобы извлечь внутренности, но на большее сил у него не хватило.

До сих пор самой крупной его добычей был самец косули, да и то пришлось потом целых два дня трудиться без устали, чтобы обработать тушу и заготовить пищу впрок. Но кабан во много раз больше той косули. Чтобы все сделать как следует, ему понадобится, наверное, полмесяца.

А он не может задерживаться здесь так долго.

Он должен поскорее добраться до Сердца Леса и найти средство, исцеляющее от той страшной болезни!

Но выбора не было. Самый древний закон гласил: если ты убил, то отнесись к своей добыче с должным уважением, используя ее всю без остатка. Таковы условия договора, заключенного давным-давно между племенами людей и Великим Духом. Тораку придется все сделать как полагается, иначе на его голову могут обрушиться самые невероятные беды и несчастья.

Кстати, нужно что-то сделать и с раной на ноге: ее жжет как огнем, и даже дождь не приносит ни малейшего облегчения.

У ручья Торак нашел кустик мыльнянки. Растерев мокрые листья в скользкую кашицу, он тщательно промыл рану. Боль при этом была такая, что у него даже слезы на глазах выступили.

Теперь рану требовалось непременно зашить. Торак вытащил из ранца несколько костяных иголок – ранец в целости и сохранности так и висел на ветке падуба – и выбрал самую тонкую из них, потом подобрал подходящую нить.