Пожиратель Душ

И все же… Он прекрасно понимал, что чувствует сейчас Ходец. Этот вонючий, сердитый, безумный старик отыскал в своей жуткой жизни крошечную искорку тепла – своего Нарика, своего любимца. И теперь эта искорка погасла.

И прежде чем Ренн успела начать протестовать, Торак бросил на снег свое походное снаряжение и побежал назад, к озеру.

Старик даже не взглянул на подошедшего мальчика, и Торак тоже не стал с ним заговаривать. Опустив голову, он принялся искать на снегу нужные следы.

Ему не потребовалось на это много времени.

Сперва, правда, он нашел след ласки и пошел по нему, тот же привел его к зарослям ивняка на берег. Там он присел на корточки и стал прислушиваться к слабому царапанью, которое и подсказало ему, где прячутся лемминги.

Их зимнее убежище со множеством входов-выходов походило на маленькую барсучью нору. Внимательно оглядев снег возле норы, Торак отыскал одно входное отверстие, вокруг которого образовалось тоненькое колечко из ледяных иголок – замерзшее дыхание лемминга. Это означало, что жилец дома.

Торак отметил вход в норку двумя скрещенными ивовыми веточками и побежал за стариком.

– Ходец! – негромко окликнул он его.

Старик резко обернулся.

– Нарик. Он там, – тихо сказал Торак.

Ходец так и впился в него единственным глазом и послушно пошел следом за Тораком к отмеченной скрещенными веточками норке.

А потом Торак стоял и смотрел, как Ходец, опустившись на колени, нежно, бережно расчищал снег у входа в норку. Он даже наклонился и сдул последние снежинки.

В норке, на уютной постельке из сухой травы, лежал маленький лемминг, размером примерно в половину ладони Торака, – мягкий дышащий комочек черно-рыжей шерсти.

– Нарик! – еле слышно выдохнул Ходец.

Лемминг проснулся и от неожиданности резко вскочил на все четыре лапки, а потом угрожающе зашипел, пытаясь испугать незваного гостя.

Ходец, улыбаясь во весь рот, протянул к нему свою огромную грязную ручищу.

Шерстка у лемминга встала дыбом, и он снова угрожающе зашипел.

Ходец не пошевелился.

Лемминг сел и стал яростно чесать за ухом задней лапкой. Затем покорно влез на подставленную ладонь, свернулся в клубочек и снова уснул.

Торак повернулся и, не говоря ни слова, оставил их наедине друг с другом.

Когда он вернулся на берег озера, Ренн подала ему ранец и прочие пожитки и сказала с чувством:

– Это ты хорошо сделал!

Торак пожал плечами. Потом улыбнулся:

– Нарик, правда, несколько вырос с тех пор, как мы его видели. Теперь это лемминг.