Времена Смертных

И вот Маркус, окончательно обессиленный от бесконечных часов прислуживания богатым засранцам, идет с горой грязной посуды на подносе по коридору второго этажа, мимо приоткрытой двери в комнату хозяина. Старик поклялся, у него и в мыслях не было стоять и что-то вынюхивать, но его остановил женский плач. А когда он позволил себе заглянуть в хозяйскую спальню, то увидел двух плачущих гостей: Гею и Артемиду, сидевших ссутулившись на огромной кровати, уронивших лица на ладони.

Пред ними без единой эмоции стоял Дориан Блэк. Третья из девушек Деметра, стояла поодаль ото всех, скрестив руки и молча наблюдая за происходящим.

– «Мне искренне жаль, но таковы правила». – наконец нарушил монотонные всхлипывания девушек Блэк.

– «Не лгите. Вам не жаль, вам плевать на нас!» – взвизгнула Деметра. Маркус заметил, она отличалась от подруг: в ней не было ни капли сожаления или боли, Деметра напомнила ему зло в невинном женском обличии, которое выдают лишь холодные черные глаза.

– «Что еще вы можете нам предложить, мистер Блэк, что еще?!» – жестко, как могут только, мужчины потребовала Деметра.

– «Вы правы, мне плевать на вас, плевать на весь этот фарс, что творится в моем доме, я хочу только покоя…» – Маркус тогда впервые заметил что-то человеческое в своем хозяине, усталость, которая бывает лишь у стариков или тех, кто многое повидал в жизни.

– «Мы рискнем!» – пропищала Гея, самая хрупкая из троих девиц, ее лицо тронули болезненные темные пятна и их уже не могла скрыть даже косметика.

 – «Неужели вы не видите, что нам осталось немного? Нам нечего терять!..»

– «Если я позволю вам сделать это, вся моя работа будет под угрозой. А вы, уж простите меня, прелестные дамы, значите куда меньше». – хладнокровно ответил на мольбы Дориан.

Тогда Маркус увидел то, за что впоследствии троицу стали называть «Ведьмами».

Сначала Диметра, затем Артемида и самой последней Гея, стали сбрасывать с себя одежды, распускать собранные в высокие прически волосы и кружить вокруг Блэка. Они соблазняли его, ласкали шестью парами рук, целовали и шептали самым сладким голосом на земле слова, которых Маркус не расслышал. Ведьмы делали то, что умели лучше всего на свете: они поили его пороком, взамен желая получить то, чего не смогли добиться слезами.