Времена Смертных

Неужели внешняя невинность этой девочки меня одурачила и на самом деле она здесь с целью навредить?

– Дело действительно в Авроре и моем желании хоть как-нибудь помочь ей, но есть еще кое-что… – Руфь замолкает и снова переводит взгляд на спящую Аврору.

– Говори или я выкину вас с дружком немедленно.

– Саванна призналась мне… После Перехода, Лео стал безразличен к ней, как и ко всем прочим. А вот Аврора, похоже, осталась единственной кто дорог ему. Парис, он выбрал ее! Его сердце выбрало Аврору, пусть разум и заставил натворить множество глупостей.

Поэтому я обратилась к Джеймсу через наших людей с первого уровня…

– Что ты несешь!.. Говори, зачем вы здесь? – я вспыхиваю, подхожу к девчонке и хватаю ее за локоть, не хочу, чтобы она находилась так близко к Авроре!

– Я говорю правду! – высвобождаясь из моей хватки, вскрикивает Руфь. В ее глазах блестит гнев, она действительно здесь из-за брата и меня это жутко злит! Я не хочу знать о пучеглазом ничего, не хочу, чтобы Аврору и его хоть что-то связывало.

Тем более сейчас… Сейчас, когда…

Когда что? Спрашиваю я себя. Ну же, не лги себе! Сейчас… когда она так беззащитна, и я могу быть с ней рядом, а она не сможет меня прогнать и выбрать Лео.

Руфь читает панику в моих глазах, злость на самого себя и говорит:

– Я понимаю, что ты чувствуешь. Серьезно. В этом нет ничего сложного или сверхъестественного, просто ты влюблен в Аврору, очень сильно! Только ответь самому себе, Парис, ты хочешь, чтобы Аврора снова открыла глаза или тебе нравится видеть ее неподвижной, но такой доступной?

Маленькая дрянь.

Я-то думал, что готов ко всему, нужно только улыбнуться пошире и произнести какую-нибудь острую шуточку… а оказалось к правде не готов. Еще и от пятнадцатилетки. Дерьмо.

– Братец прислал тебя шпионить за нами?

– Нет. Это мое решение, придти к тебе в дом. Отец Авроры не возражал. Он организовал поездку в Византию, а Кит… ну он предложил свои услуги, увязался за мной.

 – Руфь снова возвращается к постели спящей Авроры и долго смотрит на нее, прежде чем продолжить. – Лео говорил, что никогда в жизни ему не было так холодно, как в тот час, когда он принял Яд. Будто холод всех зим, что когда-либо накрывали планету, окутал его. Одна за другой исчезали мысли, воспоминания покрывались инеем. Лица, которые он видел перед глазами все эти годы, стирались.