Октаво: Марс

– Ты не имеешь права вламываться сюда и обвинять отца! Он заботился о нас всю жизнь! Отдает свою кровь! А ты пару раз принес игрушки и командуешь?!

– У меня есть доказательства, – сказал Майер без особой надежды.

– Проваливай!

– Открой глаза! Вы без него чувствуете себя замечательно! Он вам не нужен!

– Это не тебе решать, – процедила она сквозь зубы и достала из-за пояса тазер, – Мы можем позаботиться о себе, ясно?

Майер вздохнул, осторожно положил на пол распечатку с результатами анализа и пошел прочь.

С детьми он сможет разобраться позже, а вот со стычкой Кортекса и “Цифрового бессмертия” – нет.

Андроиды были созданы так, чтобы ни при каких обстоятельствах не причинить вред живому существу. При возникновении угрозы ядро личности блокировалось и андроид механически следовал Инструкции – огромному логическому документу, предписывающему определенные действия. Инструкция включалась даже тогда, когда андроид теоретически размышлял о возможных жертвах.

Если коллективный разум Кортекса обходил Инструкцию – значит, Скиф и все члены его группировки в опасности.

Но у Кортекса нет доступа в реальный мир, он даже кондиционер включить не сможет. Значит, он нашел исполнителя. Вряд ли андроида. Скорее всего, человек или запрограммированный робот. Но как вычислить убийцу в толпе, до того как он нанесет удар? А если разъяренное коллективное сознание и вовсе решит устроить теракт?

Высокий и просторный атриум купола Дэна проходил через все этажи насквозь. Прозрачные кабины лифтов скользили по металлическим рельсам вверх-вниз.

Скоростной спуск с первого на нижний этаж и вовсе считался аттракционом. Падение в бездну. Для самоубийств – самый шик, поэтому центр сквозной шахты был затянут прозрачной сеткой через каждые три этажа.

В атриуме расположились смотровые площадки, островки с едой и товарами, игровые зоны. Тут всегда было многолюдно и шумно.

Октаво остановился неподалеку от выхода из изолятора, в слепой зоне у коммуникационного щитка. Майер открыл его полицейским чипом и воткнул в коммутатор провода прямого подключения.

Конечно, он не был невидимкой. Двухметровый киборг со связкой цветных кабелей, торчащих из затылка, запрещенные голографические наклейки на лице, сбивающие алгоритм распознавания лиц. Но времени на нормальную маскировку не было.

Майер подключил к зрительному каналу многочисленные камеры. На цветную мозаику накладывались данные телеметрии, идентификаторов личности, плотности людских потоков.