Прочь от одиночества

– Как мне выказать уважение к человеку, которого я уже презираю?

Филипп пожал плечами:

– Вы же сами решили примерить на себя роль политика. Притворяйтесь. Вы читали отчеты Альберто по старым проектам Пиеты? Так вот, теперь вы играете по правилам больших мальчиков, Франческа. Или мне отвезти вас домой?

– Нет, – возразила она. – Я смогу.

– Сможете изобразить уважение?

– Сделаю все, что нужно.

Тяжело вздохнув, Франческа вышла из машины и направилась по многочисленным мраморным ступеням к входной двери.

Филипп шел рядом, Себ остался с водителем в машине. От Франчески не ускользнуло то, с каким вниманием Филипп осматривается – казалось, ничто не оставалось вне поля его зрения.

Пройдя металлодетекторы, гости вошли в большую белую приемную – вазы с белыми же цветами и мраморные статуи усиливали ослепительный эффект – и принялись ждать. Франческа подошла к белоснежному дивану, и невольно провела по брюкам рукой, словно стряхивая их, прежде чем сесть. Вполголоса она произнесла:

– Если это дом губернатора, то страшно и подумать, как живет президент.

– Будьте осторожнее, – наклонившись, прошептал Филипп ей на ухо. – Тут повсюду камеры, записывающие каждый наш шаг и слово.

В комнату вошла высокая женщина, одетая в белый костюм от известного дизайнера. Итак, губернатор их ждет. Франческа поднялась с дивана, оправила пиджак, ощутив, как внезапно вспотели ладони, и взяла в руки сумку с компьютером. Сердце колотилось в груди так, точно вот-вот выскочит, а в животе, казалось, переплелись все нервные окончания.

Без пистолета, который пришлось оставить в машине, Филипп чувствовал себя раздетым. Он, конечно, не ожидал никаких неприятностей непосредственно в доме губернатора, но не мог не заметить, что стоящие вдоль стены охранники оружия не лишены.

Их проводили в столовую. Губернатор сидел за столом, перед ним лежал апельсин, нарезанный на дольки. Сопровождающая Филиппа и Франческу женщина встала сзади правителя. Он не поднялся при появлении гостей, но указал им на стулья.

Моментально Филипп ощутил жгучую неприязнь – и удивился этому. Он не рассчитывал, что губернатор вызовет у него симпатию, но не думал также, что столь яростно его возненавидит.

– Примите мои соболезнования по случаю гибели вашего брата, – по-испански произнес губернатор, не сводя глаз с груди Франчески. – Я слышал, он был прекрасным человеком.

Увидев испуганный взгляд девушки, Филипп понял, что она не говорит на испанском.