Не говори никому

– Итак, твое решение?

Катя невинно постучала пальцем по губам, будто находиться в раздумьях между отказаться и согласиться, после чего вдруг уточнила:

– Никаких приставаний, Семен Олегович?

Перекрещиваюсь, как настоящий бой-скаут.

– Если только ты сама не попросишь.

Незамедлительно прилетает в ответ черствый удар в левое предплечье. Ухаю от неожиданности и удивления, сколь был поставлен жесткий удар с точной ориентировкой всего тела. Чем она занимается?

– Не попрошу! Во мне есть мера. А так… – Нервно облизывается то ли от того, что выпила коктейль, то ли энергетика приняла иную фазу восприимчивости между нами.

 – Мы можем сохранять немного теплоты в нашем общении. На этом все.

Удовлетворенно выдыхаю и опускаю плечи, возвращаясь на свою территорию, чтобы менее нагружать ее личные границы.

– Как два нормальных человека? ? переспрашиваю.

– Как два нормальных человека, ? мило передразнивает. Слабо взмахивает рукой и допивает свой напиток.

– Ладно-о-о. Меня зовут Лазарев Семен Олегович.

А вас как?

– Екатерина… Краснова Екатерина Владимировна…

– Давай попробуем дружить, Екатерина?

Протягиваю раскрытую ладонь. До тупости смешно. Еще бы мармеладку ей подарил в знак дружбы.

– Попробуем…

Тонкая холодная кисть исчезает в моей лапе: на ощупь мягкая, приятная, которую хотелось бы держать бесконечно. Большим пальцем глажу нежную кожу в районе костяшек, отчего она вздрагивает. Такой контакт вызывает между нами необъяснимое недопонимание.

Это будет долгое противостояние.

Для дружбы не хватит мест.

– Папа, я хочу круассан с курицей.

Катерина выдергивает руку, трет место, где я гладил кожу, будто пытается стереть отпечаток. Артур начинает показывать матери какие-то карточки с супергероями, что коллекционирует моя дочь и заворожено пересказывает специфики силы и умений каждого из них. Прикусываю внутреннюю поверхность щеки, разворачиваюсь к дочке, обдумывая о круговороте веществ.

По-своему они влияют на окружающую среду в качестве полезности или вреда.

Возрождают или разрушают. Мутируют или размножают. Заманчиво играть на гармошке, у которой сломались некоторые клавиши, выводящие звук на чистоту, потому, что старый инструмент не подлежит тщательной поправке. Тогда где смысл от возрождений захороненных воспоминаний? Они также сломались, а боль утопилась в отцовстве и совсем притупилась. Кажется, я начинаю сходить с ума.

Катя

Смываю пену с волос, подставляя лицо струе воды.