Потерянный рай. Роман

 – Это не стоит таких криков.

– Не стоит? Очень даже стоит и очень дорого стоит. Оно из Франции. Где я такое возьму?! Папа мне больше не купит. Господи!

– У тебя предостаточно платьев.

– Да это жалкие тряпки, а не платья. О, боже! Что это?! Ну разве это можно будет одеть? Какой ужас! Как ты могла? Ну как это возможно? Если у тебя вместо рук ноги выросли…

– Жанна, как ты смеешь так разговаривать с Верой?

– А как она смеет портить мои вещи?!

– Как тебе не стыдно?

– Это ей должно быть стыдно такие руки-крюки иметь.

Скандал начинал разрастаться, Жанна уже не сдерживала себя, но стоило Олегу предупреждающе выкрикнуть: «Константин Витальевич идёт» – все участники и любопытные свидетели этой склоки тут же рассыпались и покинули поле боя, разлетевшись по своим комнатам. Константин Витальевич, только что вошедший в квартиру, прошёл в свой кабинет, и к нему тут же прошмыгнула Вера. Между ними произошёл очень короткий разговор. Через минуту Константин Витальевич зашёл в комнату девочек, подошёл к шкафу, распахнул дверцы и к его ногам посыпались в беспорядке заброшенные на полки скомканные, закрученные в клубок вещи.

Жанна настороженно наблюдала за отцом с момента его прихода, ибо знала, что эти редкие его появления в её комнате всегда сулили ей неприятности. Она выскочила из кресла, рассыпая по полу листы с текстом пьесы, стала суетливо подбирать их, но тут же бросила, когда Константин Витальевич подозвал её:

– Жанна, подойди сюда. Что это у тебя за стихийное бедствие?

– Папа, я собираюсь на день рождения, я не успела убрать.

– Немедленно привести всё в порядок. Через два часа ничего не измениться – никуда не пойдёшь, будешь весь день убираться и не только здесь.

– Я уберу, папочка, сейчас уберу, – засуетилась Жанна, поспешно подбирая с пола свои вещи.

Когда Константин Витальевич, выходя из комнаты, мельком взглянул на Сашу, она невольно съёжилась. А для Жанны день сегодня не задался: и самое лучшее платье испорчено, и Вера, сволочь такая, успела доложить Константину Витальевичу о беспорядке в её шкафу, который частенько здесь присутствовал, поскольку она слишком ленилась убираться при всей её любви к тряпкам.

Константин Витальевич ураганом прошёл по квартире, раздал всем указания и вновь уехал. Вернулся он только перед обедом. Все уже скучающе сидели за столом, но к приборам не притрагивались, ожидая прихода главы семьи. Наконец он вошёл в столовую и казалось заполнил собой всё пространство.