Князь Рысев 2

Я будто только что собственноножно выпустил джина из бутылки – комната, в которой мы находились, резко заполнялась красным, почти дьявольским туманом. Только сейчас я вспомнил, что покойный был мастером предметов и наверняка раскидал в своей комнате парочку сюрпризов для непосвященных. Или для тех, кто явиться ворошить его добро.

Словно умалишенный, я бросился к двери, саданул об нее плечом – та встала будто намертво. Звуки пьянки где-то сверху тут же прекратились – то ли даже последние быдло поняло, что дело дрянь, то ли нас запирало в герметичной, звуконепроницаемой тюрьме.

Мне казалось, что я буквально спиной чую, как лыбится над нами проклятый остроухий, земля ему шипами!

– Что случилось? – Майка прижала руки к груди. На ее миленьком лице отразились первые признаки зарождающейся паники. Или безумия – в окружавшем нас теперь полумраке уже было не разобрать.

– Что-что, ловушка, конечно же! – недовольно буркнула Биска, как будто ей к подобным фокусам было не привыкать. Она единственная, кто осталась стоять на месте, даже не дернувшись.

 – Стойте смирно, слышите?

Она наставительно, будто старый учитель, подняла палец. Мы вместе с Майкой обратились в слух. От набежавшего волнения я взмок, будто в бане. По лицу крупными каплями бежал пот, одежда мерзко липла к телу. Мне казалось, что прямо сейчас я слышу то, чего нет.

Тишина, повисшая в комнате, гоготала, жадно потирая руки. Она подсовывала нам шорох скребущейся где-то в углу мыши, легкие, едва различимые шажки бегущего по своим делам невозмутимого таракана.

Осыпалась незаделанная дыра под трубу.

Красный туман, окружавший нас, лип к стенам, заливал собой окно, клеем проливался на дверь, запечатывая каждую из щелей. Внутри меня юным бесенком вертелось желание переспросить у Биски, какого же ляда тут, в конце концов, происходит?

Что мы слушаем-то?

И тут я услышал дыхание.

– Не двигайтесь. Не оборачивайтесь.

Я не знаю, как слышал голос дьяволицы: она говорила, не размыкая губ. Чуял только липкий, мерзкий ужас, ползущий мурашками меж лопаток.

Мне казалось, что само безумие явилось из недр и сейчас копошится в моей голове своими холодными пальцами.

Майка тяжело дышала – молчание и неподвижность давались ей с огромным трудом. Лютое, воистину женское любопытство подначивало ее ослушаться, обернуться, хоть краешком глаза, но узнать – кто здесь?

– Кто здесь? – как можно более буднично, не дрогнувшим голосом, натянув одну из самых безобиднейших улыбок на моську, проговорила Биска.