Стрела любви

Она не знала, что на нее подействовало: его ярость или красивое лицо, – но что-то заставило ее сердечко забиться немного чаще. Ну ладно, намного чаще.

Юноша был одет, как и другие мужчины в комнате, в красивый бархатный плащ, но выглядел в нем так же, как если бы был облачен в кольчугу с большим мечом в руках. Все в этом человеке выдавало воина. И дело было не в его размерах, хотя они весьма впечатляли: он был выше и мощнее, чем граф Каррик, и от него, казалось, волнами исходила сила. Он даже двигался энергичными шагами человека, готового к сражению.

Имея восьмерых братьев-воинов и отца, проводившего бо?льшую часть времени на полях сражений, Маргарет хорошо изучила таких людей.

Мужчины – даже разгневанные – обычно ее не пугали. Обычно. Но сейчас, увидев, как напряглись мускулы этого юноши и вспыхнули яростью пронзительные синие глаза, Магарет почувствовала беспокойство.

Пристально глядя на него, она поняла, что беспокойство могло быть вызвано не страхом, а чем-то иным. У него были чудесные шелковистые волосы цвета меда со множеством выбеленных солнцем прядей, напоминавших о белокурых волосиках ребенка.

Они в беспорядке падали на чисто выбритые щеки. И почему-то из-за постоянно нахмуренного лба казалось, что этот человек все время о чем-то напряженно думает. Лицо же его было словно высеченным из гранита.

Красавчик, однако. Маргарет всегда считала Тристана, брата Бригид, самым красивым мужчиной из своего окружения. Но при виде его ее сердце никогда не начинало биться чаще, даже когда Тристану удавалось поцеловать ее, что, признаться, случалось не единожды.

В его присутствии ее никогда не бросало в жар. А этот человек вызывал у нее не только сердцебиение, но и жар во всем теле.

Молодой воин заговорил, тщательно подбирая слова. Он явно не согласился с хвастливым заявлением графа, но не стал ему возражать.

– Да, возможно, – сказал он. – Игра была почти окончена.

Боже правый, ну что за голос! Глубокий, чувственный, звучный. Он как будто проник ей под кожу и, кажется, добрался до костей.

Брюс расхохотался и похлопал юношу по спине.

– Очень вежливый ответ, кузен. Но подозреваю, ты отлично знаешь, что я попал в ловушку. Бьюсь об заклад, ты уже мысленно восстановил позицию всех фигур на доске.

Юный воин – Брюс сказал, что зовут его Йен Маклин, – молча пожал плечами.

Брюс снова засмеялся.

– Знаете, что самое ужасное, миледи? – спросил он. – Я играю в шахматы с детства, а Маклин только здесь узнал правила игры.