Рыжий рыцарь, золотой менестрель

– Эван, – я поравнялась с его конём и впервые виновато улыбнулась, – ты ведь не обиделся на меня, правда?

– Что ты, Лоран, нет. Я не верил, что ты сдержишь обещание.

– Я тоже.

– Правда? – он улыбнулся. – Но ты ведь смог это спеть.

– Так получилось, – я не выдержала и, протянув руку, коснулась его ладони, – не злись.

– Я не злюсь, и ты совершенно прав, я понял это только теперь. Не беспокойся, со мной всё в порядке.

– Ты уверен?

– Я пообещал одному очень хорошему человеку, что буду жить. Как ты думаешь, я смогу сдержать данное обещание?

– Сможешь.

– Значит, сдержу, – он крепко сжал, а затем отбросил мою руку, – кажется, мы уже подъезжаем к деревне.

– Да, ты прав.

Если бы не опыт, который я успела приобрести за пять лет скитаний, вряд ли бы мне удалось пережить этот день. Чего стоит глобальная попойка в той многострадальной деревушке. Нет, в этой области я подкована, как никто другой, но с другой стороны, добровольно обрекать себя на похмелье мне хотелось меньше всего на свете.

Но от пары кубков всё равно увернуться не удалось, Штейн что-то заподозрил, а узкое пространство трактира не давало больших шансов спрятаться. Пришлось выпить, закусить, посмеяться над какой-то плоской шуткой. Противно, а что делать?

Всё складывалось не так плохо. Судя по количеству заказанной выпивки, Штейн решил остаться здесь ночевать, и шанс на побег мог представиться уже этой ночью. Мои воспитательные таланты относительно барона уже исчерпаны.

На личике Элли, на лице принявшего свой облик Эвана и даже на лице невозмутимого Эжена проступало понимание и плохо скрываемое сочувствие.

И хотя им самим не приходилось строить из себя, не пойми кого и не понятно зачем, все трое были готовы в любую секунду сорваться вслед за мной и гордо удрать. Деревенька маленькая, постоялый двор не самый изысканный, если придётся делать ноги, то это несложно. Местные жители даже не удивятся нашему побеги и уж тем более не станут указывать, в какую сторону мы удалились. Хорошо, что это не родная деревня Элли, там бы пришлось сложнее.

Ещё один любопытный момент. Эван расстался с чужой личиной и вновь щеголял своей запоминающейся внешностью, но всё равно вёл себя тише воды и ниже травы. Я не сразу поняла, чего он опасается, и, лишь увидев за соседним столом двух бывалых рыцарей, понимающе кивнула. Его страх быть узнанным не оправдался, воины столь увлечённо поглощали мясо и вино, что до других им не было ровно никакого дела.