Немой. Книга 2. Охота на нежить

В результате этого я вытянулся почти параллельно земле и разжал руки.

Валенок с мышами мягко плюхнулся в траву.

Почти сразу носки сапог сорвались, и я закувыркался в воздухе. А потом поволокся дальше.

Стена дома осталась позади слева. Меня тащило в сторону забора, который огораживал сад Сытина.

Именно в этом углу сада, возле самого забора находилась большая компостная яма. В яму сгребали скошенную траву, бросали обрезанные ветки и сливали помои.

Вот к этой яме нас и тащило. Я уже чувствовал сладковатый запах перепревшей гнили.

Ну, вот на хера такие шутки?

Движение прекратилось. Невидимая рука отпустила мой воротник, и я шлёпнулся на траву рядом с компостной ямой. Тут же вскочил на ноги и привычным движением потянул из-за спины меч.

Рядом замер Сытин. В его левой ладони ослепительно горел крохотный зелёный огонёк.

– Что, обгадились? – спросил из пустоты довольный голос Сытинского прадеда. – А не хрен через заборы лазить!

***

– Дед, бля! – выговаривал прадеду Сытин.

 – Сколько раз я тебе предлагал нормальные охранные чары на дом наложить? Ты ни в какую. А тут, пожалуйста – сам какую-то херню наворотил. Засунуть врагов в компостную яму – охереть, как смешно! А главное – эффективно! Ну, изваляются они в говне. А потом вылезут – и что ты дальше делать будешь?

– Вылезут? – с усмешкой спросил голос прадеда. – Ну-ка, гляди!

Из кухни сам собой приплыл по воздуху здоровенный кусок мяса и шлёпнулся в яму.

– Смотрите!

Гнилая трава в яме зашевелилась.

Из неё высунулась круглая воронка, усеянная по кругу острыми изогнутыми зубами.

Клац!

Мяса как ни бывало.

– Кто это, блядь?! – вытаращив глаза, спросил Сытин.

– Что, Васька, не узнал? – усмехнулся прадед. – Не один ты спец по колдовству! Это шейлуньский королевский золотарь. Вырастает до четырёх метров. Жрёт всё, что угодно. И к хозяину привязан, как собачонка. Я в Китае таких видел. Там их даже во дворце держат.

Глаза Сытина вытаращились ещё больше.

– А где ты его взял?

– Сам в сад заполз откуда-то.

Я и прикормил. Ему в яме нравится – от гнили тепло идёт. Не хуже, чем в Китае.

– И что, он на одних помоях так растёт?

– Ну, – дед Миша замялся, – в Китае ему ещё преступников скармливают.

– Бля! – заорал Сытин. – Дед, а если он выползет?! А если плодиться начнёт? Во что город превратится?

– Так он уже… – начал прадед и замолчал.

– Что «уже»?!

Я осторожно заглянул в яму. Мусор в ней еле заметно шевелился.