Превращения Арсена Люпена

Это ты не так давно подложила Боманьяну яд в снотворное… И это ты расправилась с двумя друзьями Боманьяна – Дени Сент-Эбером и Жоржем д’Иновалем.

После этих слов она взбунтовалась:

– Нет, нет, я тебе не позволю… Все неправда, и ты это знаешь, Рауль.

– Да, ты придумала удобную сказочку о другой женщине… другая женщина, похожая на тебя, совершает преступления, в то время как ты, Жозефина Бальзамо, довольствуешься менее жестокими авантюрами! Сначала я в это поверил. Я тоже позволил запутать себя историями об одинаковых женщинах: дочке, внучке, правнучке Калиостро.

Но теперь все кончено, Жозина. Если до сих пор я предпочитал не видеть то, что меня ужасало, то эта покалеченная рука заставила меня взглянуть в лицо правде.

– В лицо лжи, Рауль! Ты в плену ложных толкований. Я не знаю тех двоих, о которых ты говоришь.

Он ответил устало:

– Допустим. Возможно, я ошибаюсь. Но мне уже недостает терпения смотреть на тебя сквозь флер таинственности, которым ты себя окутываешь. Для меня в тебе больше нет тайны, Жозина.

Я вижу тебя такой, какова ты на самом деле: ты – преступница.

И он добавил еще тише:

– Возможно, ты просто нездорова. А что до лжи, так ею точно полна твоя красота.

Она молчала. Тень от соломенной шляпы смягчала и без того нежные черты ее лица. Оскорбления любовника никак не отразились на нем. Все в ней обольщало, дышало прелестью. Он был потрясен до глубины души. Никогда еще она не казалась ему такой красивой, такой желанной, и он задавался вопросом: не было ли это безумием – желание вернуть себе свободу, которую он проклял бы уже на следующий день?

Наконец она возразила:

– Моя красота – это не ложь, Рауль, и ты вернешься, потому что она принадлежит тебе.

– Я не вернусь.

– Нет, ты уже не можешь жить без меня, а «Ветреница» стоит совсем рядом. Завтра я буду ждать тебя там…

– Я не вернусь, – повторил он, чувствуя, что снова готов упасть перед ней на колени.

– Тогда почему же ты дрожишь? Почему так побледнел?

Он понял, что его спасение – в молчании и что надо бежать не оглядываясь.

Он оттолкнул руки Жозины, которые тянулись к нему, и зашагал прочь.

Глава 11

Старый маяк

Всю ночь Рауль крутил педали, стремясь уехать как можно дальше, – и для того, чтобы сбить с толку возможных преследователей, и для того, чтобы испытать спасительную усталость. Утром, порядком измученный, он остановился в лильбоннской гостинице.