Таинственные превращения. Тайна его глаз. Свидание (сборник)

– Это с ней случается с самой смерти моей бедной сестры, – сказала мадам де Праз. – Вы, наверное, знаете…

Жан Морейль кивнул и взял руку Жильберты в свою.

К ней постепенно возвращалась краска.

– Подумайте, как это глупо! А?

– Нет, нет, это не глупо! О нет! – говорил вдумчиво Жан Морейль. – Очевидно, вы когда-то испытали глубокое потрясение.

– Да, – сказала мадам де Праз. – Ужас, которому нет слов. Но ведь с тех пор прошло пять лет, и Жильберте уже пора отделаться от этой странности… Поговорим о другом, хорошо? Для нее будет лучше.

Я и сама не могу думать без дрожи об этой трагедии.

– Тетя, надо, чтобы он узнал! После мы не будем об этом больше разговаривать. Я хочу, чтобы он… понимаете… чтобы он знал решительно все о моей маме…

Она растянулась в кресле, все еще взволнованная, и приложила свой висок к руке мадам де Праз.

– Расскажите, тетя, расскажите ему.

Мадам де Праз не решалась, она боялась прошлого…

– Не противоречьте ей, графиня, – умолял Жан Морейль.

Она ответила с грустной торжественностью, не ускользнувшей от слушателей:

– Мне придется воскресить ужасное воспоминание… Все это как будто вчера только произошло…

* * *

– Случилось это в Люверси в августе. Мы приехали туда в начале июля: моя сестра, Жильберта, я и Лионель…

– …который тогда провалился на экзамене на бакалавра! – прервала ее Жильберта.

– …Мой родственник Гюи Лаваль, несколько месяцев бывший в отъезде, известил нас, что вернется к десятому августа.

Мы ждали дня его приезда как праздника и хотели все отправиться в Париж встречать его на вокзале. К несчастью, накануне этого необычайного дня моя сестра вдруг слегла. Простуда, которую она запустила, осложнилась бронхитом. Когда Гюи Лаваль прибыл в Люверси, он нашел свою жену вне опасности, правда, но серьезно больной…

– Тетя, не забудьте про змей…

– Да… Гюи Лаваль привез из Центральной Африки всевозможные редкости, из которых многие были живыми. Он привез весь свой багаж в Люверси и, не желая покинуть замок до выздоровления жены, он долее, чем это ему было желательно, продержал у себя десятка полтора змей, предназначавшихся для зоологического сада.

Среди этих рептилий была одна змея, черная, с белыми пятнами, длиной в метр. Она представляла собой бесценную редкость, так как никто никогда не встречал этого вида змей, водившихся в самой глубине Африки. Гюи Лаваль бесконечно гордился своей находкой.