Дело тётушки Кеннел

На одном из подоконников, задрав к небу лапы, валялся плюшевый медведь.

Боже, какой адский кавардак… Раздался издевательский звук: Джейк нечаянно наступил на резинового бэби с пищалкой в тряпочном туловище. Он повернулся, чтобы уйти, но дверь прямо перед носом захлопнуло порывом ветра и открыть ее оказалось невозможно. Тогда он налег на дверь плечом, дернулся дважды, трижды – безрезультатно. Чувствуя, как тяжелеют ноги от накатившего страха, Саммерс кинулся к выбитому окну. Дверь с треском распахнулась, огромная туча пыли ворвалась в лавку – и он в ужасе вывалился вместе с рамой, успев увидеть только рекламный плакат:

«Поезд Ива тебя сделает счастливым».

– Возвращаетесь в детство? – поинтересовалась доктор Бэнкс.

– Нет, никогда. В этих снах мне всегда столько лет, сколько есть на самом деле. Дело в другом. Раньше он снился мне всегда, когда… словом, перед чем-то важным.

– Так, значит, эта книга…

– Да. Последний раз был как раз сегодня ночью. Я не видел этого сна много лет.

– Не знаю, поможет ли вам это, но у Фрейда довольно подробно…

– Так подробно, что зубы сводит. Стал бы я вас спрашивать, если бы это было можно читать!

– Поймите, Фрейд первый в своем роде. Хотя, конечно, его работы несколько…

– Мне нравится, как вы это сказали.

– Это что, обвинение в лицемерии? – подняла бровь доктор.

– Да что вы на меня взъелись? Какое обвинение. Просто забавно.

– Не думаю, что это особенно забавно.

– Вы правы, это не забавно.

– Мистер Саммерс, это вы спросили меня, а не я – вас.

– Разве я сказал что-то плохое? Это прекрасная книга! Она навевает множество сновидений.

– Да, эта книга в своем роде уникальна. Не стоит выносить суждения о вещах, в которых ничего не понимаете. Ну, а что касается скуки, то…

– Вы же не хотите сказать, что это было сделано нарочно, с тайным, непостижимым простому смертному смыслом?

Доктор оглядела своего собеседника и неохотно продолжила:

– Виной некоторой пространности рассуждений то обстоятельство, что труды господина Фрейда, возможно, последняя попытка использовать философский подход в научной работе.

– Это не делает их интереснее, – отмахнулся коммерсант. – Я хотел спросить другое. Хотел узнать, не бывало ли у вас чего-нибудь похожего. Маллоу во сне вечно читает книгу, в которой слова видны только после того, как он их прочтет. Он слышит собственный голос, говорит, очень интересно, но никогда не помнит, что там было написано.