Чертовка в Академии магии

– Итак, мадам Олвис, чем я могу вам помочь? – спрашиваю я, плюхнувшись в кресло и с удовольствием вытянув ноги.

– Ты такая же прямолинейная как Бер.

Мадам разливает из чайника чай по чашкам, себе добавляет молока. Я от сомнительной добавки отказываюсь. Нет, я знаю, что в высоких кругах чай пьют именно так, но, как по мне, разбавленный молоком, чай перестаёт быть чаем.

– Итак? – повторяю я с нажимом. Слушать о своём сходстве с папой я точно не намерена.

– Мирта… Мой младший сын… погиб.

Отвернувшись, она торопливо достаёт и прижимает к губам кружевной платок, слёзы текут по щекам, но на них женщина не обращает внимания.

Судорожно всхлипнув, она всё тем же платком отмахивается от моего предложения подать ей воды. Минута, другая, и женщина с трудом берёт эмоции под контроль, делает глубокий вдох, медленно выдыхает.

Я не умею утешать, не умею подбирать правильных слов:

– Соболезную.

– Мой муж занимается разработками к северу от столицы, в город мы приезжаем редко и ненадолго.

Когда Ринон поступил, я предлагала ему купить дом, но он отказался, не хотел тратить время на дорогу до академии и обратно, поселился в общежитии, – она ненадолго замолкает. – Прости за сумбур.

– Пока всё понятно.

– Ринон два года назад перенёс тяжёлую лихорадку, лекари не давали ему шансов. Я тогда воспользовалась услугой подпольного целителя, и тот передал мои жизненные силы Ринону. Как вы понимаете, следователям я этого сказать не могла. После того ритуала у меня остался сосуд, через который целитель перекачивал мои силы.

За день до начала каникул сосуд рассыпался.

– Сосуд рассыпался ровно в тот миг, когда ваш сын скончался.

– Да, именно так. Я спрашивала у того целителя, он подтвердил.

– Вы хотите, чтобы я нашла убийцу?

– Нет. То есть да. То есть… Мирта, дослушай, хорошо?

– Извините.

Мадам промакивает глаза платком.

– Я не хотела верить, приехала в академию. Комендант общежития сказал, что Ринон ещё не сдавал комнату, проводил меня и даже пустил.

Внутри были вещи, а Ринона нигде не было. Я дошла до ректора, вызвала полицию. В журнале появилась запись, что Ринон покинул территорию академии. Понимаешь?

– Добавили задним числом? А что полиция?

– Территорию академии обыскали, и тела не нашли. Следователь решил, что я ошиблась, что запись в журнале была изначально. Но это не важно. Два месяца спустя пришло письмо со штемпелем отделения почты старого континента. Почерк Ринона.