Попаданка и дракон

 – У нас меньше двух часов! Багаж, светлая, я уже собрала. Будут особые указания? Осталось приготовить вас. Пожалуйте в ванную.

Я ошарашенно кивнула и проследовала за девушкой.

В прежней жини радости спа прошли мимо меня, я довольствовалась домашними масками, дешёвыми кремами и подручными средствами ухода за собой. Решительно отобрав у меня ночнушку, служанка усадила меня в тёплую воду и влила в ванную два кувшина белой жидкости, подозрительно похожей на молоко. Я дёрнулась и чуть было не приказала ей остановиться.

Так расходовать ценный продукт! Сдержалась, выдохнула. Молоко не моё, нечего переживать за чужие деньги.

Между тем служанка взялась за мои волосы, тщательно взбила на голове ароматную пенку, затем прополоскала волосы травяным отваром и перешла на лёгкий массаж плеч.

– Завтрак накрыт, светлая!

Оу.

Про еду я благополучно забыла. Вчера, когда очнулась, было не до того. Как проснулась, голода не чувствовала, только остаточную слабость.

– Замечательно.

Служанка сноровисто обтёрла меня полотенцем, укутала в халат.

Моё "замечательно" она проигнорировала.

Я не просто наслаждалась минутами покоя, я размышляла. Раз другой компаньонки мне не видать, надо налаживать отношения с Мерелис та Верде, и как назло в памяти о Сушёной Вобле нет ничего. То есть… Мерелис та Верде одна из дочерей рода, тоже младшая ветвь, причём родство со светлейшей ещё более дальнее, чем у меня. Мерелис не вышла замуж, и сейчас ей за сорок – старая дева. Почему не вышла, я из памяти так и не выудила.

Зато Мерелис сделала карьеру внутри рода, стала доверенным лицом светлейшей.

Служанка помогла мне одеться, подала платье, на сей раз тёмно-бордовое с белой кружевной отделкой. Белая заколка украсила причёску. Слвом, своим отражением в зеркале я осталась довольна и к назначенному сроку успела вовремя.

И хорошее на этом закончилось.

Мерелис стояла в холле и кривила губы. Меня она не таясь осмотрела с головы до ног с таким видом, словно искала, к чему придраться.

Не нашла – служанка своё дело знала. Отпустив девушку, Мерелис отвернулась и, ни слова не говоря, двинулась к дальним двустворчатым дверям.

Может, она так ведёт себя, потому что испытывала к настоящей Хали родственные чувства, и сейчас ей больно смотреть на меня? Да нет, Хали с ней редко пересекалась и уж точно близко не общалась. Значит, просто характер гадючий. Да и кто я такая? Никто. Не аристократка, не ровня та Верде. Кто-то вроде приживалки.