Последний человек на Земле

Стоило сделать только один шаг. Позволить прохладной воде принять его. Успокоить.

Беспокойное солнце опять ужалило прямо в глаза. Оно отражалось не от воды, а от россыпи стекла прямо у его ног.

Он смотрел и не видел. Четыре такта. Ровное дыхание. Близость моря.

Он занес ногу. Он почти сделал этот шаг.

Несоответствие остановило его.

Осколки стекла. Примятый кустарник.

Мир пришел в движение. Дорога гудела, выпроваживая задержавшегося гостя.

Солнце поднималось стремительно, исчерпав лимит ожидания на прощание с одиноким велосипедистом.

Но он уже спускался вниз, цепляясь за крохотные выступы, за чахлые обрывки кустов, загоняя острые песчинки под ногти.

Руки стерты в кровь, кроссовки скользят по гладким и бесполезным выемкам.

Он спускался бесконечно долго, казалось, весь день, а на деле – всего полчаса. Натруженные мышцы кричали от боли. Когда бедро сводила судорога, он со злости молотил его кулаком, стараясь запустить, как заглохший мотор.

Цель уже была видна – разбитая, исковерканная машина, потерявшая любое сходство с шикарной игрушкой, сделанной специально для отлакированных дорог. Гора бережно держала покореженный остов своими каменными когтями.

Она была там, внутри, словно фарфоровая кукла в коробке, зажатая скомканными внутренностями автомобиля.

А потом он увидел ее глаза.

Живые глаза.

И еще, она схватила его за руку.

Крепко.

Таракан

Во мраке ночи бесконечной

Сверкают звезды там и тут

Жизнь просыпается беспечно

Там, где ее совсем не ждут…

Таракан, как и полагается представителю его рода и племени, жил на кухне, в дальнем укромном углу, за печью – там, как известно, и теплее, и безопаснее, да и съестное перепадает регулярно. Печь была большой и старой, как, собственно, и дом, в котором эта печь стояла. Добросовестно выполняя свою непосредственную функцию для владельцев дома, она, в то же время, служила надежным укрытием для таракана.

Встреча этих миров всякий раз, по весьма прихотливому стечению обстоятельств откладывалась, и ни одна из сторон даже не догадывалась, как порою близко они подходили к этому судьбоносному открытию.