Чужой: Холодная кузница

Нормальные люди пользуются дешевой зажигалкой – но только не этот клоун.

– Здесь нельзя курить, – заявляет она.

Он вызывающе кладет сигареты и спички рядом с ней на тумбочку, и улыбается.

– Я бы не посмел, – отвечает Садлер, а затем пристально смотрит на Блю. – Я не ожидал, что вы такая…

Блю ждет, что он скажет «хрупкая».

– …черная.

– Вы сказали, что занимаетесь кадрами? – интересуется Блю, думая, как доложить об этой беседе.

– Да, но не обижайтесь. Это «специальные кадры». Высокосекретные активы, такие как вы, поэтому мы можем пропустить традиционные абсурдные стажировки.

Вы сами знаете, как это бывает. Иногда можно и не следовать правилам, особенно если находишься так далеко от Земли, – говорит Дориан и прищуривается. – Вы меня извините, просто после той арийской куклы, в которой вы передвигались, у меня сложилось о вас неверное представление.

Блю выдыхает с сердитым шипением:

– Ладно, хорошо… мы познакомились, директор Садлер, – произносит Марсалис, и ее голос уже не такой сильный, как голос Маркуса.

 – Но сейчас я отдыхаю, поэтому буду вам признательна, если вы меня покинете.

– Я плохо запоминаю лица, – говорит Дориан, лениво помахивая рукой перед своими глазами, будто с ними что-то не так. – И мне трудно интерпретировать эмоции синтетика. Вы когда-нибудь сталкивались с такой проблемой?

– Это не имеет значения, можете вы интерпретировать выражение лица Маркуса или нет, директор, – говорит Блю. – «Вейланд-Ютани» платит мне за научную проницательность, а не за актерское мастерство.

Пожалуйста, уходите.

– Хорошо-хорошо, – соглашается Дориан, поднимая руки и отступая. – Я не хотел вас беспокоить. Если вам что-то понадобится, имейте в виду, что я остановился в конце коридора.

– Вы на обзорной палубе? Вообще-то это не спальня.

– Я ее немного модифицировал, – говорит он. – Мне нравится вид на солнце.

– Да, – соглашается Блю, вспоминая зрелище горящего газа через панорамные черные окна. – Всем нравится. Вот почему это общая зона.

– Я долго не задержусь на станции, – успокаивает Садлер.

 – Как и у вас, у меня есть некоторые особые потребности для своего жилого помещения, и мне нужно иметь место, где я смогу развернуться, – принести туда кучу архивных записей.

«Твои “особые потребности” не имеют ничего схожего с моими, болван».

– Но если кто-то заскучает по виду из окна, – добавляет он, – я придерживаюсь принципа открытых дверей. Не стесняйтесь и приходите в любое время, чтобы поболтать или отдохнуть.