Высшие Силы

Но, во всём я чувствовала какую-то фальшь, поддельные чувства, наигранную близость, а главное, чувствовала недоверие с их стороны ко мне… Никогда такого раньше не было. Мы не виделись два года, но они настолько изменили своё отношение ко мне, что я не знала, куда деваться от этих некогда родных любимых взглядов, в которых проникла фальшивая ложь, лицемерие, холодность за место настоящих искренних чувств. Я даже не знала и не понимала, в чём меня считают виноватой, чем я заслужила такое отношение от тех, кого любила…

Никто ничего мне так и не рассказывал, я не знала правду.

Я ни с кем из них не ссорилась, всё было как всегда. Периодически мы созванивались, разговаривали по телефону, два года назад до этого дня, мы с мамой приезжали к ним в гости… Но, всё было нормально. Мы погостили и уехали, ничего не происходило.

Тётя днями напролет высказывалась в адрес моей мамы очень плохо. Мне приходилось выслушивать её истории, все насквозь пронизанные обидой и ненавистью с её стороны. Слушая все её воспоминания о годах, проведенных с моей мамой в их детстве и потом, когда я родилась, я поражалась тому, что светлых и добрых, радостных воспоминаний у неё не было.

Она не могла или не хотела припоминать ничего хорошего…

Мне было невыносимо тяжело переносить всё, что происходило. Перед моими газами разбивались вдребезги все наши крепкие кровные родственные чувства. В каждом слове было множество ненависти, недовольства, зависти, обиды, недоверия – просто целое море всех самых гнусных человеческих чувств и эмоций…

Каждый день тётя осыпала меня множеством едких вопросов, в том числе о моей маме, о нашей жизни.

Её вопросы были такими, словно я выиграла миллион, и скрыла это от всех. Я не понимала, на что она намекает или в чём я, по её мнению, виновата. Ведь, за себя я знала точно. Что ничего плохого им не делала.

– Не знаешь ли ты, почему моя родная сестра сбежала из дома после моего приезда? Ещё скажи, что вы заранее с мамой не решили это? Или я должна поверить в нелепую случайность, что именно со следующего дня, после моего приезда, Мариночку вызвали на ночную смену? – когда она спрашивала меня обо всём этом, в её глазах было столько гнева и ярости, что мне казалось, она готова убить меня и еле сдерживает свою злость.

– Тётя, я не знаю, почему так всё произошло. Я сама поражаюсь тому, почему она согласилась выйти на эти смены сейчас, когда ты приехала. Мы с ней даже поругались и теперь я с ней не разговариваю.