Привет, земляне!

Ибо читатель… в смысле, покупатель, сразу должен знать, что именно он берет. Это называется брэнд.

Поэтому книги сейчас издают сериями. «Кремль», «Древний», «Сталкер», попаданцы… Это упаковка. Всё, что внутри, абсолютно одинаково по содержанию, размеру, форме подачи и… э-э, спелости. Таков закон бизнеса. Купив одну книгу, читатель легко может предсказать содержание всех остальных. Это удобно.

Иван осторожно покосился на часы. Перебивать гостя было неразумно – собьется с мысли, начнет повторяться… В итоге, времени потребуется гораздо больше.

– Особенно хорошо то, – продолжал писатель, вдохновившийся вниманием публики, – что при таком подходе вкладываться в рекламу нужно только один раз. Для раскрутки бренда. А потом можно бесконечно, сотнями, вставлять и вставлять в эту серию новые и новые изделия. И читатель найдется! Потому что там все время стреляют, бегают, взрывают вертолеты… В общем, движуха. Никаких занудных размышлений или нравоучений. Весело!

– А теперь ответьте, – расхрабрившийся гость приподнялся и нацелил обличающий палец на хозяина.

– Я?

– Да, вы!

– Что именно?

– Ответьте: возможно ли при такой системе, появление нестандартно мыслящего автора, который творит индивидуально? Который не повторяет бесконечные перепевы на тему «Пиф-паф, ой-ё-ёй», а пытается донести до читателя что-то новое? Разумное, доброе, вечное?

Иван немного поколебался. Что сказать, чтобы не спровоцировать новый взрыв словоизвержения?

– Думаю, вы правы, – произнес он осторожно.

– Вот! – Страстно воскликнул писатель и обмяк в кресле. Песнь о страданиях кончилась, теперь можно было поговорить о деле.

– Вы сегодня без рукописи. Что-то случилось?

– А, – гость вяло махнул рукой. – Все одно к одному.

– А подробнее?

– Я писал критическую статью о вампирах. Мне удалось там…

– Верю. Что дальше?

– Принтер сломался. Я сунул ноут в сумку и пошел к вам. На меня напали.

– То есть ноут у вас отняли. Так?

– Ну, естественно, – нахмурился посетитель.

Это было уже серьезно.

Несмотря на неоднократные призывы Ивана, писатель, как творческий человек, постоянно забывал копировать свои произведения и сохранять их на внешних носителях. Всякое копирование на флешку или в облако, он воспринимал, как надругательство над свободой личности. А значит всё, что он там накропал за последние две недели, наверняка существовало в единственном экземпляре.