Ты умрёшь, как Айседора Дункан

Кругом в выигрыше: и раковина не забивается, и многофункциональные носки выложившись по полной, находят упокоение в мусорном ведре.

Если бы Гринпис учредил премию в номинации «За бережливость» – победила бы Соня. Сколько человеческого труда она сберегла! А сколько леса сохранила?!

Она не тратилась на ерунду, вроде визиток и блокнотов. Зачем, если в её сумке находили пристанище кассовые чеки, квитанции, платёжки и даже раздаваемые на улице буклеты – при условии, что обратная сторона чистая. Вооружившись ножницами, она резала коробочки из-под пилюль, упаковки от чая.

Из них выходили прекрасные напоминалки: вести расчёты, мелкие записи, набрасывать адреса и телефоны.

Кто не испытал, тот не поймёт Соню: привычка экономить затягивает не хуже азартной игры. В ней есть острый, не сравнимый ни с чем восторг, кайф, упоение: когда удаётся купить неплохие яблоки по «красной» цене, когда варишь бульон из суповых косточек за 28 рублей – ещё наваристей, чем из мяса. Когда набираешь ванну по капле, чтобы не платить за воду, и отодвигаешь стёклышко счётчика, и вставляешь зубочистку или кусочек бумажки, чтобы не крутилось колёсико… Да, и когда носишь вывернутые носки!

Даже лицо при этом светлеет и хорошеет, взгляд становится целеустремлённым.

А вы думаете, зря шведские миллиардеры носят хлам и ездят на велосипедах?

– Мам, запиши меня в художку! А ещё у нас в классе спектакль, я играю Венди, давай купим бальное платье!

Художка платная, причём берут, как будто готовят исключительно Глазуновых и Шиловых.

Длинное кружевное, не практичное платье дочка наденет раз, другой – и выбросит, а стоит как будто из золота. Лучше купить на вырост, Соня видела на рынке добротный льняной костюм на все случаи жизни: и в пир, и в мир. А пока чуток великоват, пускай повисит на плечиках. А всяких Венди-Шменди пускай другие изображают, ни уму, ни сердцу.

– Мадам Плюшкина! – кричала дочь. – Все вкладывают в детей, в детей, – а ты в кубышку, в кубышку! Конечно, мамочка, ведь мы ещё не живём по-настоящему.

У нас ведь девять жизней, как у кошки, а сейчас живём так, понарошку, репетиция! Плюшкин в юбке – вот ты кто!

Соня вздрогнула: к ней прилетело словечко из детства, правда, носящее совсем иной смысл. Её насторожило вольнодумство дочери, крамольные высказывания. Ясно откуда ветер дул и чьи уши торчали. Дочь запихала в рюкзачок свои тряпочки и, хлопнув дверью, убежала к папаше-транжире и алкашу.

Ничего, жизнь всё расставит по своим местам.