Мой палач

– Уважаемый тэйр Маркард ди Тиррен Мэйтлон…

– Стоять! – резко крикнул он, наконец повернулся ко мне и даже снял капюшон.

Мужчина остался таким же, каким запечатлелся в памяти. Волнистые темно-русые волосы чуть прикрывали широкий лоб. На худощавом лице выделялись острые скулы и тонкий прямой нос. Брови, словно нарисованные умелой рукой художника, сейчас слегка изогнулись из-за того, что он хмурился и в упор смотрел на меня, спрыгивая тем временем с лошади и торопливо шагая к телеге. В омуте черных глаз плескалось недовольство, не сулившее мне ничего хорошего, а поджатые губы только подчеркивали его сердитость.

Мужчина пробежался взглядом по моему лицу, опустился вниз на платье, потом оценивающе остановился на удобных босоножках и снова вернулся к лицу. Он пытался понять, откуда я его знаю, но вряд ли ему это удастся. Мы виделись с ним давно, еще в прошлой жизни, когда мне было около шестнадцати. Я бы тоже сейчас сама себя не узнала.

– Кто вы, Эйви Морисон, и откуда знаете мое имя? – медленно проговорил он.

– Ох, – приложила я руку ко рту. – Первый палач империи обратился ко мне по имени. Все, жизнь прожита не напрасно.

– Ключи, – скомандовал он одному из стражников, который без промедления протянул их своему начальнику.

Мужчина быстро обошел телегу, открыл замок, а затем кивнул в мою сторону, безмолвно отдавая приказ. В клетку залез русоволосый говорун, схватил меня за руку и потянул на себя, чуть ли не скидывая на землю.

– Эй, поосторожнее, я тебе не мешок с зерном.

Стражник ухмыльнулся, подтолкнул меня к месту, куда указал палач, и заставил сесть на траву.

– Достопочтенный палач, вы ведь не собираетесь забираться ко мне в голову, чтобы узнать совершенно не важную ни для кого информацию?

Тиррен расположился напротив на поваленном дереве, достал левую руку из кармана и начал перебирать в ней два белых камешка. Всего два? И притом камни! Через секунду я ощутила холодное прикосновение к своим вискам.

В голове словно включили свет, открывая обзор на все доступные воспоминания. Они выглядели яркими сгустками энергии, при приближении к которым отчетливо слышались звуки, голоса, появлялось мельтешение картинок в том клубке, от прикосновения к одному даже возникли реальные ощущения. Я взглянула вдаль. Огромное количество таких же подрагивающих шаров словно было вживлено в стену, а та шла то ли по кругу, то ли вытягивалась вдаль.