Мой палач

Тиррен медленно и аккуратно, палец за пальцем, разжал свои оковы. Только сейчас ко мне пришло понимание, что я прижимаю клинок своей грудью, что вырез платья находится слишком близко к лицу мужчины, что мне не удается дышать спокойно, не тяжело. Чтобы отвлечься от неправильных мыслей, я встряхнула головой, и все волосы упали вниз, словно отгородили наши лица от окружающего мира.

– Отпусти, говорю, – на этот раз фраза прозвучала как настоящая угроза, однако палач не разжал свою правую руку, что пальцами переплеталась с моей, до сих пор заставляя нависать над ним.

Надо было нажать на кинжал, показать, что я готова идти до последнего, что со мной шутки плохи. Но что-то пошло не так. То ли в этом виновато его горячее дыхание, которое доставало до моей кожи, то ли его высоко вздымающаяся грудь, то ли внезапно посветлевшие карие глаза, то ли… рука, медленно опускавшаяся вниз по моей талии и почему-то остановившаяся на оголенной ноге.

Что-то пошло не так… Нет, только не это!..

По телу пробежала предательская дрожь, явно не укрывшаяся от мужчины.

Я даже заметила, как он в этот момент дернул уголками губ. Надо было находиться в том же положении, с ясным умом, не поддаваться никаким эмоциям и здраво оценивать ситуацию. Но звенящая тишина навалилась со всех сторон. Омут его глаз затягивал. Эта близость наших лиц воздействовала опьяняюще. А стоило шершавым пальцам сжать кожу на моем бедре, как я слегка выгнулась, неосознанно подаваясь вперед.

Я нервно сглотнула, втянула побольше воздуха, почувствовав, как дурманит мужской запах.

Что-то определенно пошло не так, ведь надо было крепко держать рукоять клинка, а как только ощутила левой рукой свободу, сразу же потянуть ее на себя, не позволив Тиррену ухватиться за запястье и положить ее к себе на щеку.

– Выбрось его, – настойчиво прошептал мужчина, и я почему-то послушалась.

И лишь когда сделала сказанное, пришло осознание собственной ошибки. Я посмотрела на валяющийся в стороне клинок и шумно втянула воздух, но сразу же ощутила мужскую руку у себя на затылке, которая надавила на него и заставила поцеловать мага.

Надо было запротестовать, укусить, ударить по лицу… Однако мне словно дали попробовать вкусное лакомство, которое долгое время находилось под запретом. Я забыла… забыла, каково это, когда сминают в неконтролируемом порыве твои губы, когда рукой можно провести по колючей щеке, опуститься на шею, плечо, ощутить под ладонью твердые мышцы.