Одно отражение на двоих

 – После всех твоих своенравных выходок просишь еще шанс? Ну уж нет, – покачал он головой и подошел, грозно нависнув надо мной. – На этот раз тебе не сойдут с рук твои проделки.

– Может, она и вправду раскаялась? – еле слышно вымолвила Вилирия, но в повисшей тишине эти слова все отчетливо расслышали. – Может, поняла? Может…

– Нет никаких «может», Лири! – обернулся к ней Исмир. – Ты-то почему на ее стороне? Тебе сейчас придется работать за двоих, не сможешь выйти в свет, а о браке и вообще следует позабыть на ближайшие пару лет.

– Но не идти же на крайность, – жалобно посмотрела на меня младшая сестра «подруги». – Ты ведь знаешь, как это ужасно. Я бы не смогла.

– Надо! – покачал головой Исмир. – Вы ведь понимаете, что теперь однозначно надо.

– Все еще наладится! Мы дадим ей еще один шанс, и Самилия сдержит обещание. Вот увидите! – заступилась за меня Патрисия.

Ненадолго повисла тишина, которая прервалась громким всхлипом Вилирии.

– Мама, – тихо заговорила она. – Я все-таки соглашусь с Исмиром. Слишком долго мы прощали.

Брат Самилии выгнул правую бровь, ухмыльнулся и сел на прежнее место.

Оррелл за все время выяснения отношений не проронил ни слова. Он так же безмолвно встал и пошел к лифту. Сложилось впечатление, что только я одна удивилась его странному поступку, провожая взглядом удаляющегося мужчину.

Патрисия была расстроена больше всех. Казалось, она единственная до последнего хотела простить меня, дать возможность исправиться. Еще утром ее слова воспринимались как издевка, но, как выяснилось, она просто пыталась быть строгой. Сейчас же женщина переживала. Это волнение передавалось и мне, ведь я не знала своей дальнейшей судьбы. Говорить еще что-либо не имело смысла. Брат занял свою позицию, перетянул туда же и сестру, а переубедить их вряд ли получится, особенно не зная предыдущих поступков Самилии.

– Извини, – покачала головой Патрисия, виновато посмотрев на меня.

– И правильно делаем, – снова оживился Исмир. – Не понимаю, почему раньше так не поступили. Давно пришло время, на нас уже косо смотрят. А мне так вообще непонятно, как исправлять ее «ошибку», – последнее он сказал с издевкой и обратился к матери: – Не жалей. Она ведь не пожалела меня, когда подставила и принизила мои магические способности на глазах у всех.