Одно отражение на двоих

Словно именно я разочаровала, именно я принесла ей много горя и именно меня она настолько любит, что беспокоится и сильно переживает из-за необходимости расстаться. От родного отца подобного ожидать не приходилось, он всегда смотрел или отстраненно, или с ненавистью. Другого отношения к себе я не встречала. Поэтому родительская любовь превратилась во что-то незнакомое и далекое.

– Прости, – виновато сказала я.

– Ох, доченька, – выдохнула она и ненадолго прикрыла глаза, чуть опуская голову. – Этого на первое время хватит, – зашептала мама Самилии, доставая из кармана цепочку с круглым медальоном, на котором красовалась цифра пятьдесят.

Ее пальцы слегка тряслись, она долго пыталась совладать с застежкой, поэтому пришлось забрать вещицу, чтобы справиться самой. Патрисия поправила мои и так идеально собранные в хвост волосы и ступила в стеклянную кабинку лифта, перенесшую нас в мгновение ока на этаж, на котором располагалась кухня.

На этот раз на меня никто не нападал, не портил одежду, не говорил колкостей.

Завтрак прошел в гробовом молчании, словно на самом деле кто-то умер. Тишина страшила. Мне было не по себе, ведь никто не пояснил, с чем именно придется встретиться и почему они настолько опечалены. Не все, правда, грустили. Исмир выглядел уставшим, несмотря на ранний час, но тем не менее находился в приподнятом настроении.

Едва все покончили с едой, меня провели к самому выходу из дома. Патрисия и Оррелл обняли, сестра Самилии же безучастно осталась стоять в стороне, словно не решаясь подойти.

– Я отвезу ее, – сказала Патрисия, но ее за локоть остановил сын.

– Папа, позволь мне, – повернулся он к мужчине, который утвердительно кивнул в ответ.

Исмир скрылся за несколькими слоями горящего пламени вместо входной двери и вскоре вернулся уже на тиасе, опускаясь прямо перед нами.

– Незатухающих углей, – попрощалась я с этой семьей и направилась к летающей машине.

– Самилия, – окликнула меня Вилирия и подбежала.

Казалось, она хочет обнять, но та подняла мою руку и сняла браслет из разноцветных плоских камней.

– Тебе это больше не пригодится, – грустно усмехнулась сестра Самилии и медленно отошла назад.

Ничего не оставалось, кроме как сесть в тиас и настроиться на предстоящие испытания. Эта дружная семья вряд ли будет переживать просто так. Меня определенно куда-то отвезут, отдадут кому-нибудь, заставят делать что-то малоприятное. Чего уж там, я готова. Со всем можно справиться. Мне не привыкать бороться с трудностями.